- О да! Он настоящий счастливчик! – Катя снова надевает очки и откидывается на мягкую подушку шезлонга.

- Уверен, он до конца дней будет благодарен за второй шанс. - Беру ее правую руку и провожу по едва заметному белесому следу на безымянном пальце.

Пять лет моя женщина носила на этом пальце чужое кольцо. Знак того, что она собственность, рабыня со штампом в паспорте. А сейчас нет ни кольца, ни того урода, который посмел окольцевать это сокровище.

О последнем не хочется и думать. Но картинки, слишком яркие, чтобы их забыть, сами всплывают в памяти.

Вначале сырой подвал, из которого после штурма я вывел перепуганную помощницу.

Потом вижу бывшего мужа Полины.

Первый заместитель мэра, явился лично. Приехал без водителя и охраны. Нервный и злой. Забрал мою заплаканную от радости помощницу и, послав нас всех подальше, увез в неизвестном направлении.

Следующим вспоминается визит брата в отцовский дом.

После ареста Мансурова и его банды мы с Катей и Робертом еще три дня жили у Черного. На удивление моей девочке было хорошо у папы. Тот каждый день возил ее в клинику к прокурору, играл в футбол с Робертом. А Верочка закармливала всех вкусными обедами и ужинами.

Это был словно курс ускоренной терапии. Для тела и для нервов. А на четвертый день приехал брат.

Вначале Егор ничего не рассказывал. Больше спрашивал. Интересовался нашим самочувствием, планами на ближайшее будущее, отношениями с сыном... и лишь в самом конце вечера признался, что у него есть новость.

«Мансуров повесился», - произнес он буднично, будто сообщил о погоде на завтра."

"«Кто-то пронес ему ремень», - продолжил Егор спустя минуту. – «И черно-белую фотографию мамы», - внимательно посмотрел на отца.

Это была не самая неожиданная новость. Зная Черного, я догадывался – рано или поздно, отец доберется до давнего врага. В тот момент меня больше всего волновала реакция Кати.

Но моя девочка очередной раз показала себя настоящим бойцом. Вместо десятка вопросов и растерянности, она гордо прошла к отцовскому бару, сама достала оттуда бутылку коньяка и наполнила три бокала – для меня, Егора и отца.

- Я никогда больше тебя не оставлю и не подведу, - шепчу своей любимой, вырываясь из воспоминаний.

- Правильно говорить – нас. – Катя берет мою руку и кладет на свой совсем плоский живот.

- Как думаешь, там девочка, или нужно будет несколько раз повторить? – глажу свое счастье.

- Боровский! Я только вчера узнала, что беременна! Придержи коней! – Катя поначалу пытается делать строгий вид, но быстро сдается. – Ты сумасшедший папаша, - прыскает со смеху.

- Вот выйдешь за меня замуж, может, я и успокоюсь! – осторожно покусываю это чудо в плечо.

- Завтра! – отмахивается от меня ведьмочка.