Пройдя сквозь расступившихся учеников, Спящий Красавец замер посреди зала, ступив в мозаичное солнце. Здесь, внутри круга, Готфрид Бульонский бесцеремонно сбросил Фудзия и навис над ним, протянув руки к его горлу.

– Он меня прикончит! Сделайте же что-нибудь, я вас умоляю! Есть тут ценители музыки? – заголосил Фудзий, пытаясь уползти. Спящий Красавец поставил ногу ему на спину и прижал к полу. Потом наклонился и, скаля желтоватые зубы, забормотал что-то неразборчивое и грозное.

Поручик Ржевский с военной смекалкой сориентировался в ситуации и, не тратя попусту времени, улизнул.

Недолеченная Дама метнулась вдогонку за убегавшим женихом, прицельно посылая воздушные поцелуйчики, валившие гостей не хуже боевых искр.

Хор привидений заметался по залу. Циклопы побросали трубы и схватились за дубины. Усыня и Горыня, отчего-то решившие, что на свадьбах всегда так бывает и все идет как было задумано, колотили в тарелки. Катя Лоткова вторично оглохла. Больше она не зажимала уши и только жалобно хлопала длинными ресницами.

Академик Сарданапал, как и все гении, обладавший замедленной реакцией, все-таки сориентировался в ситуации и возглавил операцию по спасению преподавателя магических сущностей.

Мозаичный круг окружили двойным кольцом циклопов. Тридцать три богатыря ощетинились копьями и ждали только сигнала для атаки. Учеников разогнал по углам Поклеп, в ушах у которого лавой клокотала кипящая сера.

– Друзья, не дрогнем! Купидоны, в атаку! Уряяя-я! – забравшись на стол, скомандовал Сарданапал.

Купидончики с воинственным писком обстреляли Спящего Красавца золотыми стрелами, но все они затупились, едва коснувшись его кожи.

– Вот сухарь заговоренный! Не то что… э-э… неважно кто… – спохватилась Гробыня.

Разочарованные младенцы вспорхнули, как стайка воробьев, и, пользуясь общим замешательством, отправились опустошать накрытые столы. Дюжина купидончиков поспешно сгребала еду в почтальонские сумки и передавала их другим крылатым младенцам, которые торопливо выносили их из зала, вытряхивали в каком-то секретном месте и возвращались уже пустыми.

Купидончикам помогал малютка Клоппик, причем помогал так усердно, что разбил банку с пауками и, пока они не разбежались, принялся собирать их в суповую миску Тарараха.

Мешавший ему суп он выплеснул прямо под ноги Поклепу. Завуч неосторожно ступил в скользкую лужу и растянулся.

– Профессор! Как вы… То есть Клоппик… в угол поставлю! Шлепну на месте! – взвыл он, вскидывая руку с кольцом.

– Как вам не стыдно! Это же ребенок! – вступилась за бывшего шефа Зубодериха.

– Я хотел сказать: не шлепну, а отшлепаю! Неточно выразился! – смутившись, поправился Поклеп.