Это нормально, как ей объяснял психолог. Да, не один Аркадий Петрович прибегал к услугам психотерапевтов, чтобы залечить душевную травму. И надо признать, не только у него одного не получилось. Патриция вздохнула.

Одно было совершенно ясно: убийцей семьи Девятовых продюсер был вряд ли. Конечно, исключать, что он лгал, было нельзя, но все-таки Патриция отчего-то верила в его рассказ. Вспоминая мельчайшие детали первого проведенного здесь вечера, а потом поведения Аркадия Петровича, ссылавшегося на сильную головную боль и не выходящего из комнаты, она верила его словам, которые он сейчас произносил быстро, путано, словно находился в горячечном бреду.

Трудно оправдываться, когда ты ни в чем не виноват, особенно если тебя обвиняют в таком страшном преступлении.

– Аркадий Петрович, а старика с фермы вы видели? – спросила она, в принципе зная ответ, но желая для себя поставить точку в своих подозрениях в отношении Крылова. – Вы были с ним знакомы?

Продюсер покачал головой.

– Нет, потому что я не ходил на ферму. Я приехал кататься, но встретил Олега и был выбит из колеи. Я действительно практически не выходил из дома, потому что мне нужно было время как следует все обдумать.

И сегодня утром я из дома тоже не выходил. Мы вернулись со спасательной операции, я упал в кровать, но не мог заснуть. И поверьте, я так замерз, что мысли сходить еще погулять у меня не возникло. Я никогда не видел этого сторожа, и у меня не было ни малейшей причины его убивать. Я же сказал вам, что в принципе убить не могу. Не способен.

– Карина, а что вы делали на улице? – вмешался вдруг в разговор Павел. – Как так вышло, что именно вы нашли Федора Игнатьевича?

Женщина покрылась пунцовыми пятнами.

Они расползались по лицу, шее и рукам, словно Карина Матяш на их глазах превращалась в леопарда необычного окраса.

– Я перепила, – наконец выдавила она из себя. – Когда я узнала о лавине и о том, что дом Олега оказался под завалом, мне стало так страшно, что я начала пить и не могла остановиться, пока не опустошила бутылку коньяка.

– Это мы видели, – насмешливо сказал Эдик.

– Не судите, – попросила Карина. – Я напилась и уснула прямо в гостиной, а когда проснулась, то поняла, что в доме очень тихо. Я не могла понять, где все – спят по своим комнатам или по-прежнему находятся на расчистке завала.

Кроме того, у меня дико болела голова, мне нужно было на воздух, поэтому я оделась и вышла на улицу. Дошла до дома Девятовых, то есть до того места, где был дом. Встретила там нескольких сотрудников, приехавших на работу и разбирающихся со спасателями, а может, с полицией. От них я узнала, что Олег, Ирина и их младший сын погибли, а старшего увезли в больницу. Меня расстроила эта информация, поэтому я еще немного погуляла, чтобы прийти в себя.