– Для выводов мне вполне достаточно того, что я увидел здесь.

– Что же получается, люди с возрастом не меняются? – тихо спросил Айгар.

В его голосе звучали странные нотки, Кайди сжала его руку, и он замолчал.

У меня колотилось сердце, сильно, болезненно. От его толчков становилось трудно дышать, но широко открыть рот и втягивать воздух казалось стыдной слабостью. Я же мужчина, черт бы меня подрал."

"– Я не верю, что кто-то мог подрезать лавину, – сказал я, потому что обсуждать человеческие качества Олега было свыше моих сил. – Вы ошибаетесь, Павел. И вы, Патриция, тоже.

Лавина сошла сама по себе.

– Я бы с удовольствием в это поверила, – сказала Патриция Леман. Голос ее звучал печально и чуть торжественно. – Понимаете, Аркадий Петрович, мне бы очень хотелось считать, что лавина, убившая Девятовых, вызвана чисто физическими причинами и человеческий фактор тут ни при чем. Но два обстоятельства мешают мне в это поверить.

– Снег, налипший на мои лыжи? – спросил я.

Если честно, я понятия не имел, кому могло понадобиться их брать. У большинства приехавших сюда людей были с собой свои лыжи.

– Да. Это первое обстоятельство.

Очень странное и подозрительное, если задуматься. Если вы говорите правду и действительно не выходили из дома две ночи подряд, значит, это сделал кто-то другой. Тот, кто сейчас не спешит в этом признаться. Почему бы, если ему нечего скрывать?

В комнате повисло тревожное молчание. Нарушил его я, потому что, в отличие от кого-то другого, мне скрывать было действительно совершенно нечего:

– А вторая причина, которая заставляет вас сомневаться?

– Смерть Федора Игнатьевича, – еще печальнее сказала Патриция. – Его же совершенно точно кто-то убил.

На этот раз воцарившуюся гнетущую тишину нарушил истерический смех Карины, перешедший в громкие рыдания.

Глава девятая

Старика было так жалко, что Патриция с трудом сдерживала слезы. Это был совсем чужой старик, с которым ее не связывало ничего, кроме парочки ничего не значащих разговоров, но, как ни странно, за несколько дней в «Оленьей сторожке» Патриция успела привязаться к Федору Игнатьевичу, который, судя по всему, был очень славным человеком. И вот его убили.

Услышав сообщение Карины, Патриция сорвалась с места, чтобы бежать на улицу, но была остановлена твердым голосом Кайди.

Та заявила, что если произошло преступление, то место убийства точно нужно оставить нетронутым для полицейских. На осмотр отправились сама Кайди и Сергей, которого рыжеволосая женщина прихватила с собой, поскольку он был врач.

Вернулись они довольно быстро и мрачнее тучи. Глядя на их лица, Патриция почувствовала, как сердце камнем падает к пяткам. Значит, Карине не почудилось, не привиделось, не показалось. Федора Игнатьевича действительно убили.