У нее двое детей, с которыми она не общается и которые живут с отцом в Израиле. Я ей сочувствовала. Но, судя по всему, она не хотела меняться. Артём сел, и она вернулась к ремеслу."

"Увидев меня, Адель схватила пальто и поспешила к выходу. Я чуть было не кинулась ее догонять. Вовремя остановилась, поняв, что бессмысленно. Не бить же человека на улице!

Вместо этого подошла к девушке и присела напротив. Я смотрела в большие наивные глаза и дрожала от ярости. От желания защитить, образумить, помочь!

А потом рассказала свою историю.

Из кафе вышла с четким пониманием: пусть я не смогу ничего сделать с древнейшей профессией. Пока будут желающие платить, найдутся простушки, готовые продать. Замкнутый круг.

Но Адель я в покое не оставлю. Тут уж личные счеты.

Весь вечер мы говорили с Артёмом, обсуждали ситуацию, планировали, что можно сделать. На следующее утро я поехала к Наире.

Ей было получше, и мне разрешили зайти в палату. При виде бывшей спортсменки, умнички-красавицы Наиры, приехавшей покорять Москву с золотой медалью, сжалось сердце. Но виду я не подала. Присела рядом.

Взяла ее за руку.

— Ты пришла? — удивилась Наира. Опустила глаза. — Спасибо за передачу и лекарства. Мама рассказала, как быстро ты отозвалась.

— Всё в порядке.

— Совсем нет денег. — Она говорила тихо-тихо. Приходилось прислушиваться. — Какая-то задница. Господи, дышать не могу. Ребра переломаны. Я тут утром кашлянула, забывшись, и думала, умру.

— Родная. Мне так жаль.

Она покачала головой. Я сжала ее руку сильнее, Наира ответила тем же.

— Я скучаю по тебе, — призналась она. — Мне очень тебя не хватает. Видела в новостях про Артёма, хотела позвонить, но не решилась... — Наира заметила кольцо. — О, ты вышла замуж!

— Да, мы поженились прямо в колонии.

— Правда? А так можно?

— Да, — улыбнулась я. — Немного осталось, и мы будем вместе. Я его жду.

— Понятно.

— Я хочу помочь тебе, Наира. Вытащить.

Она быстро покачала головой и тут же сморщилась от боли.

— Посмотри на себя. Ты больше не учишься. У тебя ничего нет. Даже мечты.

— Машина.

— Только машина, которая не по карману и на обслуживание которой уходит столько денег. У тебя сломаны ребра, ты выглядишь... прости, ужасно. Пора что-то менять.

Наира молчала. Я продолжила:

— Я помогу тебе. Но надо будет кое-что сделать.

— Что?

— Дать показания против Адель. Нужно позвать еще девочек. Я знаю, Лине и другим тоже есть что рассказать. Вместе мы ее посадим.

— А потом?

— Начнем всё с начала.

Наира фыркнула:

— И кем я буду? Продавцом косметики?

— Ты не будешь лежать в больнице и мучиться ломкой. И тебе не придется никому сосать. Вообще. Никогда.

Она хрипло рассмеялась:

— Заманчиво.

— Вчера я видела, как Адель окучивала новую девочку. Потом будет еще одна. И еще.