Проведут по докам, как надо, это для налоговой. Так у тебя будет на что покупать еду, без пятен на биографии. То, что ты со мной немного пожила, со временем забудут.

— Да прекрати ты чушь нести! В смысле забудут? А как же замуж? Ты меня позвал. Ты обещал. Я хочу замуж!

— Не выйдет, малыш. — Артём потер поврежденную руку. — Придется сесть.

Слезы капали на босые ноги. С самого начала я до безумия боялась разлуки с ним. С тем, кто так пахнет, кто так нежен. Кто так важен! Мой герой, единственный настоящий мужчина в моей жизни. Мой Артём. Просто невозможно было осмыслить, что его не будет рядом. Один раз мы уже разлучились.

Стало дико страшно. По-животному. Словно он мне смертью угрожал, а не сытой жизнью в столице.

Но в истерику я снова не впала. Трясло, но я стояла и смотрела на него. Да, у нас большая разница в возрасте, в опыте, знаниях. Но я не какая-нибудь там наивная дуреха. Я его женщина. И трудности мы пройдем вместе.

Раз Артём сказал, что придется, значит, других вариантов нет.

— На сколько?

— Примерно на три. Если повезет. Будет показательная порка. Задержание снимут на камеру, покажут по телику. На этом, малыш, злодеи успокоятся и отъебутся. Уже готовят деньги для взятки. Завтра, в общем.

— А уехать? Прямо сейчас? Из страны. Я поеду с тобой! Да, спрячемся в Уганде какой-нибудь. Всегда мечтала побывать.

— Не получится. — Он слегка улыбнулся. — Я заключил сделку. Всё в порядке, так правильно. Судьба такая, — улыбнулся еще шире. — Хоть и страшно пздц. Что уж там.

— Так. Ладно. Если мы поженимся, то меня будут к тебе пускать. Буду приезжать на свидания. Три года пролетят быстро. Мы справимся.

— Мы не поженимся, — ответил Артём бескомпромиссно.

— Почему?

— Потому что я отзываю свое предложение.

Мы провели вместе сутки. Чудесные, долгие, обалденные сутки, во время которых постоянно обнимались. Артём очень много целовал меня. Так, как целуют самую любимую, самую особенную женщину. Нужную, вкусную. Свою.

Он целовал не для прелюдии и последующей разрядки в сексе, а ради самих поцелуев. Я дышала им, любила его. Я грела его так сильно, как только могла. Все казалось, что недостаточно. Что слов таких невозможно подобрать, чтобы выразить любовь. Всю ее искренность и честность.

Поэтому мы шутили. Это был черный, злой юмор.

— Шлюха и взяточник, — произнесла я, переплетая наши пальцы. — Мы определенно смотримся. Вместе будем гореть в адском пламени возмездия. Всем святошам на радость.

— Станем примером, как не надо. Тоже важное дело.

— Знаешь, в чем ирония? Пока мы нарушали закон, ему было на нас плевать. Систему все устраивало. Как только взбунтовались, попытались вырваться — она отреагировала.

— Система всё помнит.

— Да.

Я сжала пальцы Артёма крепче, он откликнулся тем же.

— Вырваться несложно, малыш. Главное, не упасть обратно.