— Давайте его наконец включим и продолжим говорить о трупах проституток. Мой парень не откажется послушать запись после.

В тот момент я уже понимала: с Артёмом что-то случилось или случится в ближайшее время. Чувствовала сердцем. Он был в командировке в Питере, заканчивал дела. Это была предпоследняя рабочая неделя на старом месте. Мы почти шагнули в будущее, когда настигло прошлое.

Одна мелкая бывшая эскортница не нужна никому. Я это знала точно. Поэтому, когда мент показал фотографии из моей анкеты, которую создала Адель, только с необрезанным лицом, я догадалась, какой будет следующая фраза.

— Это правда, что Артём Истомин был вашим клиентом? Платил за секс.

Диктофон был уже включен, и беседа велась корректно. Я ответила:

— Нет.

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно.

— Как долго вы занимались проституцией?

— Я не занималась.

Следователь пододвинул ко мне фотографии.

— Это ваше?

— Нет. Это шутка какая-то. Фотошоп.

— Алина Мирославовна Драгунская, мы хотим предложить вам сделку. Нам точно известно, что вы занимались проституцией с июля по начало ноября прошлого года. Но сумели оставить это дело. Если информация дойдет до декана и до вашего работодателя, вы останетесь без образования и работы. Навсегда. Вряд ли с такой славой вам светит достойное будущее. Однако мы готовы пойти вам навстречу, если вы поможете следствию, а потом дадите показания против Истомина. В этом случае информация о вас не просочится за пределы суда. Итак, я повторяю вопрос. Чиновник Артём Истомин платил вам за секс?

Страх скользнул вдоль позвоночника. Нельзя выйти из системы безнаказанно, Артём говорил об этом. Отказ в типа реконструкции завода забудут нескоро. Артёма решили подставить. Через меня.

— Я же сказала, что этого не было.

— Да он все равно сядет, с вашей помощью или без. Подумайте о себе, девушка. У вас вся жизнь впереди. Семья, братишки-сестренки. Карьера. Оценки отличные. Вы всё потеряете. Из-за бывшего клиента.

Я посмотрела следователю в глаза. Пульс давно частил, но виду я не показывала.

— Алина Драгунская, сейчас все только от вас зависит. От вашего желания сотрудничать. Неужели вы готовы поставить на карту свое будущее? Работу. Отношения с семьей. Какой удар это будет для родителей? Подумайте. Хорошо подумайте.

Предать Артёма, чтобы сохранить работу? Сохранить образ достойной семьи, в которой все терпят друг друга из чувства долга, а слово «счастье» давно лишь часть молитвы, что мы произносим за столом?

Я собрала волосы в хвост, распустила. Пожала плечами. Что ж. Снова посмотрела в глаза следователю и сказала:

— Не понимаю, о чем речь.

Когда я вышла на улицу спустя десять часов, потряхивало. Вдохнула прохладный воздух жадно, словно напитываясь. Ощущение было — будто неделю просидела в заточении.