Я Галина, меня должны ждать. — Голос дрожит, что раздражает.

Я очень сильная! За десять дней перемыла весь дом, отдраила окна, налепила морозилку пельменей, вареников, чебуреков и голубцов. Выучила с Таней таблицу умножения, с Асей танец, а с Сёмой — счет.

Почему колени мягкие? Почему я не могу с собой совладать?!

— Да, все верно, идемте.

Терпи! Просто терпи! Отступать поздно. Да и некуда. Слишком много поставлено на карту.

Волоски на коже дыбом стоят. В носу щиплет. Картинка слегка плывет.

Если бы не вчерашняя ссора, я бы хотела к маме. Но сейчас нет, ни за что. Там Виктор и скандал.

Чувствую себя потерянной.

Я правда не знаю, чего хочу, но зато точно знаю, чего не хочу: чтобы меня трогали. Прикасались. Чужие руки, губы. Потряхивает.

Больше всего на свете я не хочу, чтобы ко мне прикасались без разрешения. Ни к одному месту. Боже, что я здесь делаю?!

Мы пересекаем зал. В конце, у дальнего столика, действительно ожидает клиент. Вот только совсем не новый, как заверила Адель.

Я делаю еще несколько шагов и замираю, впиваясь глазами в мужчину, с которым уже спала. Почти спала однажды.

Пульс частит с момента, как такси вызвала.

Пётр поднимает глаза и, завидев меня, улыбается.

Глава 44

— Глазам не верю! — восклицает Пётр. Встает и тянет ладонь."

"Улыбается так широко, что я еще больше теряюсь.

— Привет, — здороваюсь скованно. Инстинктивно подбираюсь, не понимая, чего ожидать от этого человека.

Отвечаю на рукопожатие, Пётр тут же притягивает к себе, и мы чмокаемся в губы привычным образом. Чуть больше, чем по-дружески, но и без перебора.

— Отлично выглядишь, — болтает Пётр весело, в своей обычной легкой манере. — Я только с работы. Всё бегом-бегом.

Улыбка растягивает губы, я смотрю на него, и в груди все замирает. Воспоминания градом сыпятся, раня: мы с Артёмом вместе. Гуляем, смеемся, целуемся! На яхте обнимаемся. Пётр — как связующая ниточка. Привет из прошлого.

Понимаю, что искренне рада его видеть.

— Ты переехал в столицу? — Присаживаюсь за стол. — Прости, я немного в шоке. Не ожидала тебя увидеть. Ты же... в Питере живешь.

— Да, в командировке сейчас. Не говори, мотаюсь по стране. Артём перевелся, и все пошло по звезде. Он, конечно, порядок умеет навести. Но, увы, не клонировать человека.

— Уборку стали ниже ценить? — осторожно закидываю маленький камешек в огород.

Пётр смеется и грозит пальцем:

— Не кричи так громко.

Я тоже улыбаюсь, потому что не кричала совсем. Мы как-то сразу находим одну волну, будто отпуск продолжается. Без неловкости и пренебрежения, которые я могла бы ощущать в новой роли.

— Значит, ты все знаешь про меня? Артём рассказал? — озвучиваю главный вопрос. Опускаю глаза. — Суперпоступок, конечно. Разрекламировать девочку друзьям.

— Да не! От него не дождешься.