Улыбаюсь шевеля пальцами, предвкушая сегодняшнюю встречу.

Я попросила маму забрать к себе Тыковку на день раньше, потому что мне просто необходимо освободить этот вечер. И эту ночь.

- Больше ничего… - звонко отвечает моя дочь, засовывая в рот остатки макарон, при этом полностью игнорируя котлету, в которую зашит кабачок. - Ну… ещё учил меня нырять, но я как-то не очень...

Прикрываю глаза, вспоминая эти уроки. Тыковка влюблена в Орлова не меньше моего. Кажется, плакать после его отъезда, буду не я одна.

- Хм, - задумчиво тянет мама, проверяя пальцем пыль на подоконнике.

Весь её вид с тех пор, как она появилась на пороге нашей квартиры с набитым едой пакетом, говорит о том, что даром времени она не теряла. И я говорю не о еде.

- Алевтина, помоги-ка мне? - объявляет, уходя из кухни.

Глубоко вдохнув, опускаю на стол кружку и встаю, ткнув пальцем в тарелку:

- Котлету.

- Не хочу котлету, - отмахивается Тоня, пялясь в телевизор.

Прикрыв за собой дверь, складываю на груди руки и смотрю на курсирующую по комнате маму.

Собирая разбросанные по дивану вещи, спрашивает:

- И что ты думаешь делать дальше?

- Сегодня? - подхожу к окну и смотрю во двор, мысленно перебирая свой шкаф и прикидывая, к чему больше всего пойдут мои восьмисантиметровые черные шпильки.

- Не ёрничай, - летит мне в спину. - Я знаю семью Орловых. Знаю его мать и отца. Она тебе уже, наверное, все кости перемыла. Хоть свечку иди ставь и порчу снимай! От тебя уже и так кожа да кости остались!

Это ничто в сравнении с тем, что значить быть рядом с ним и не иметь возможности дотронуться. Трогать его - это теперь моя базовая жизненная потребность. Теперь, когда он здесь, и мы начали сначала, я не хочу думать ни о будущем, ни о прошлом. Я просто хочу наслаждаться каждой минутой!

- Ты принесла то, что я просила? - спрашиваю, подходя и забирая у нее свои пижамные шорты.

- Принесла… - бросает недовольно, забираясь в карман своего платья.

Достав оттуда бархатный чёрный мешочек, отдаёт его мне. Высыпав на руку содержимое, не могу, просто не могу сдержать ещё более идиотской улыбки, чем пять минут назад!

- Ох, горюшко… - качает головой мама, наблюдая за безумной пляской эмоций на моём лице. - Алевтина! Знаю я таких “Славиков”. Ветер в голове и штанах! Что у тебя, что у....

- Ты его не знаешь… - перебиваю ее.

В его голове много чего, но там точно не ветер. Он так твёрдо стоит на ногах, что любой мог бы позавидовать.

Я никогда не была такой безмозглой на вид, но в моей руке лежит набор для моего пирсинга, состоящий из серёжки с большими фальшивыми бриллиантами и цепочки, которая крепится вокруг талии. Этот набор - взрыв из моего пубертатного прошлого, результат которого сейчас ест на кухне макароны.

Это… сюрприз для моего парня-фетишиста. И я очень надеюсь, что он ему понравится.