Я пугаю своего ребёнка, знаю, но в моих ушах настоящий зуд, а в сердце смятение и тяжесть.

Вырвавшись из подъезда, быстро осматриваю утренний двор нашей панельки. Ночью прошел дождь, но сейчас ни облачка. День будет жарким и… длинным. Потому что я не вернусь сюда до вечера. Просто не могу.

Через два подъезда стоит наше такси. Открыв дочери дверь, пускаю ее в салон и сама сажусь следом.

- В Мегапарк? - лениво уточняет водитель.

- Да… - всхлипываю, прикрывая глаза и откидываю назад голову.

К моему боку прижимается Тыковка. Её ручки обнимают меня за талию, растрёпанная голова ложится на мою грудь. Сжимаю её в ответ и кладу щёку на макушку.

Она ничего не спрашивает, потому что чувствует, что я хочу немного помолчать.

Мы обе выглядим так, будто только что из постели.

Мы в самом деле оттуда."

"Потому что не успела я открыть глаза, как моя мать обрушила на меня известие о том, что осенью совершенно точно выходит на работу. В сердцах я сказала, что в таком случае вернусь домой и сниму квартиру для нас с Тоней, после чего её прорвало, потому что такого сценария её вероломный план по устройству моей жизни не предполагал.

Она пустилась в слёзы и уговоры, ходя за мной по пятам и сводя меня с ума!

Я не плакала, даже когда узнала о своей беременности. У меня даже послеродовой депрессии не было. Я была счастлива, когда Тоня родилась. Счастлива и напугана. Но мы со всем справились. И вот теперь… теперь я плачу от бессилия. Уже сама не понимая, чего хочу и что мне нужно. Её слова жалят и терзают, заставляют сомневаться. В себе, в своих чувствах и своих решениях.

Я запуталась и я… просто не знаю, что мне делать.

- У меня новый лак с блёстками, - неуверенно сообщает Тыковка, ковыряя пальчиком замок моей олимпийки. - Хочешь накрашу тебе ногти?

Подняв голову, смотрит на меня чистыми голубыми глазами.

Улыбаюсь, кусая губу, потому что она похожа на одуванчик. Я не успела заплести ее волосы. Свои даже расчесать не успела. С одеждой тоже полный бардак. На ней жёлтый домашний сарафан с ананасами и белые кеды, а на мне пляжные джинсовые шорты и топ до середины живота, а сверху спортивная олимпийка, которую я завязываю на талии, как только выходим из такси.

Солнце припекает, и мы бежим к дверям торгового центра, чтобы спрятаться от жары.

Пока Тоня любуется иллюминированным фонтаном, беру нам одну сладкую вату на двоих и опускаюсь на скамейку, пытаясь подумать о том, как мне жить дальше.

Ужас ситуации заключается в том, что я не хочу возвращаться в родной город. Не хочу и… просто в панике от такой перспективы. Я не хочу увольняться. Не хочу, черт возьми! Я думала, что смогу решить нашу с дочерью проблему. Думала, что могла бы перевезти мать в столицу вместе с ней. Я думаю, что могла бы хорошо зарабатывать там.