— Черт возьми! — нарушил молчание Демин; он тоже умел думать быстро. — То-то мне всегда казалось, что роиды кого-то напоминают, и внешне, и поведением, — аборигенов Тартара! Один и тот же негатив по отношению к нам.

— Вы правы, молодой человек. — Грехов растянул в улыбке губы. — Что еще интересует уважаемых лидеров? Предлагаю поторопиться. Конструктор вот-вот появится на свет. И пусть вас не пугает мое знание, я не К-мигрант, хотя мог бы, как и они, считать Конструктора своим «крестным отцом». Идемте.

— Один вопрос, последний, — тихо проговорила Боянова. — Если вы знали в с е… зачем послали Берестова на заведомую гибель? Что с ним будет?

Лицо Грехова потемнело. Несколько мгновений он смотрел на председателя СЭКОНа тяжело, с немым вызовом и глухой тоской, покачал головой.

— Я понял вас, Забава, но вы ошибаетесь, Настя здесь ни при чем. Он… решил идти сам, хотя я предупреждал его… и предлагал свою кандидатуру. Но не торопитесь хоронить Берестова, этого парня не зря назвали Ратибором, тут вы правы, он способен многое изменить. Пожалуй, я… — Грехов задумался. — Да, я не против того, чтобы он вернулся.

— Не против? — своим неприятным голосом произнес Кий-Коронат, молчавший до сих пор. — А что, вы могли быть против? Могли желать его гибели? Так вас понимать? Хорош помощничек, нечего сказать.

Грехов, не сказав больше ни слова, вышел.

— Все-таки ты не меняешься, корочун, — проворчал Железовский. — Пошли, Забава, Ярополк.

— Я все могу понять, — сказала Боянова, когда они уже подходили к отсеку метро, — одного не понимаю, почему проконсул не отговорил нас от строительства Т-конуса, зная, что он не понадобится?

— А кто бы ему поверил? — тяжело спросил Баренец. — Да и нам тоже, стань мы на его сторону? Ты бы первая бросила в него камень.

— Вот это уж точно, — кивнул Железовский.

Они ждали.

Аналитиками погранслужбы и отдела безопасности с вероятностью, близкой к единице, были высчитаны координаты точки «выпадения» Конструктора из канала БВ, но все понимали, что расчеты эти могут не оправдаться. Поэтому вдоль всей будущей трассы БВ-его «пуля» мчалась где-то в трех-четырех светонеделях отсюда — были расставлены зонды с видеоаппаратурой, что позволяло надеяться поймать момент «второго пришествия» самого странного и могучего из всех встреченных человеком существ.

Двое суток провел спейсер «Борисфен» у вычисленного района, — именно столько требовалось БВ на преодоление оставшегося расстояния до встречи с чужанским «пакетом послов», непрерывно щупая пространство вокруг, ведя переговоры с Землей и другими земными аппаратами, готовясь к церемонии встречи. К исходу вторых суток напряжение, в котором жили земляне, достигло предела.