Эмма говорит, отравился крысиным ядом… Пришел ко мне на руки, так мучился, бедолага…

– Бедный. – Мне правда было жаль неведомого кота, пострадавшего по людской безалаберности. Если уж вздумали травить крыс на кухне, надо было животное оттуда убрать!

Бет всхлипнула.

– Я молилась святой Эде, но… Хотя Эмма говорит, что это грех, у животных нет души, и поэтому святая не могла услышать.

– Святая Эда? – Я уже почти перестала понимать, где воспоминания Кэтрин, а где мои, но такой святой припомнить не могла.

– Простите, миледи. Это наша святая… простых людей. Лорды в нее не верят.

– Расскажи.

– Отец Макей говорит, что это суеверие, и грех ее поминать…

Да что у них все грех да грех! Честное слово, я лучше послушаю про неведомую святую, чем про несчастного кота.

– Я не отец Макей. Расскажи, Бет.

– Святую Эду просят об исцелении. Говорят, она была молода, но к ней приходили из дальних мест, потому что она могла излечить даже смертельно больного лишь наложением рук и молитвой. Слава о ней разошлась широко, и однажды к ней привезли молодого сына лорда, который медленно умирал от раны в живот, полученной на турнире. Святая Эда исцелила его, но юноша воспылал к ней страстью и захотел жениться как на равной.

– То-то родители обрадовались, – не удержалась я.

– Да, его отец при всех обвинил святую Эду, что она приворожила их сына, и потребовал суда над ведьмой. Ее испытали каленым железом…

Удержать на ладонях раскаленный докрасна брусок, и если через три дня ожоги не сойдут, значит – виновна. Да уж, захотела я отвлечься от бедного котика, послушав про святую. Ничем не лучше.

– Когда на третий день повязки сняли, от ожогов не было и следа. Но лорд подкупил священника, который был свидетелем во время божьего испытания, и тот сказал, что она навела на всех морок. И что исцеления, которыми она прославилась – тоже гнусное колдовство. Все знают, что целительных чар не существует. А молодой лорд потерял покой и сон с тех пор, как встретился с ней, из-за злых чар. И святую Эду сожгли как ведьму.

Зря я спросила. Почему как ни древняя легенда – так редкостная гадость?

– Говорят, перед тем, как взойти на костер, она предрекала, что вернется, пробудившись в дочерях ее дочерей, и не найдется такой силы, которая смогла бы остановить этот дар. Над ней смеялись, ведь она не была замужем…"

"Бет вздохнула, вскинула голову и торжественно продолжила:

– Но когда загорелся костер, тот юноша, сын лорда, бросился туда, не в силах смотреть, как гибнет любимая. И из пламени и дыма взлетели два белых голубя, костер разом потух а среди недогоревших дров не было ни следа тел.

Она снова опустила голову и закончила обычным тоном:

– Теперь мы молимся святой Эде об исцелении и о защите от… простите, миледи.