– И едва ли ты в восторге от того, что носишь платья, сшитые для другой женщины, пусть даже она ни разу их не надела. Так что я велю портному прийти к тебе завтра… и приглашу ювелира. И завтра же сам принесу тебе украшения, которые у меня есть – они твои. Не отказывайся, – муж погладил меня по щеке. – Пожалуйста.

– Не буду.

До завтра ты можешь и сам передумать. Что же мне с тобой делать, Роберт? Ты хочешь правды – но сможешь ли с ней справиться? Суккуб – смешно, но, если подумать, правду уложить в голове куда сложнее.

В дверь снова постучали. Муж ругнулся.

– Пропади оно все пропадом. Время. Я подожду тебя. Как обычно.

Обычно? А как обычно? Что у нас вообще обычно? Что я знаю о тебе кроме того, что, кажется, втрескалась как старшеклассница? Как рассказать тебе правду и нужно ли ее рассказывать?

Сплошные вопросы и ни одного ответа. Как же меня угораздило этак влипнуть? Нет, не буду об этом думать. Я рехнусь, если буду думать об этом сейчас. Потом. Когда закончится вечер."

"Собралась я и правда быстро – не пришлось возиться с прической. Скрутила волосы на затылке, прикрыла чепцом, поверх которого Бет приколола кружевное покрывало, тщательно укрыв не только волосы, но и шею. Впору поблагодарить мерзавца Беннета из-за которого я была вынуждена его носить. Синяки на шее я видеть не могла, но следы пальцев на запястьях никуда не делись. Бет перевязала манжеты сорочки кружевом с золотым шитьем – точно так и было задумано. Выглянула на стук в дверь и вернулась, неся длинную золотую цепь, украшенную синими камнями. Настолько длинную, что Бет обвила ей мою талию, оставив свободные концы свисать почти до колен. А кольца и правда бы не помешали. Дома я их не носила вообще. В операционную ведь с ними не пойдешь, и в перевязочную тоже, а постоянно снимать-надевать – потерять недолго. Это здесь можно…

Я усмехнулась сама себе. Кольца. Сначала надо поговорить. Муж прав – ложь рано или поздно всплывает и портит все. Да и не смогу я долго притворяться наивной девочкой. Только что делать с правдой? И что я буду делать, если он от меня отвернется?

Я тряхнула головой. Решила же – не буду об этом думать. Не буду думать о том, что от меня не зависит. Спросит – отвечу. Дальше – его ход. Каким бы он ни был, изменить я все рано ничего не смогу.

– Ты прекрасна, – улыбнулся муж, увидев меня и я не удержалась от ответной улыбки. Опустила ладонь на подставленное предплечье. Будь что будет.

Первый танец тот же. Все те же медленные и чинные шаги. Нет, определенно я предпочла бы танго. В этот раз вертикальное, а не то, что мы станцевали совсем недавно. Я представила, какие лица были бы у придворных, доведись им вживую увидеть танго – и развеселилась несмотря ни на что.