Очередной поток слёз я со смехом смахнула, приникая к губам любимого в новой порции поцелуев.

«Счастливей меня нет никого и быть не может!»

Чтобы не утомлять Риана, пришлось даже отбиваться от быстро восстанавливающегося даркийца.

Я рассказала парню о фееричном бое Кайи с Альваэлем.

Позже к нам присоединились наши братья и друзья.

Папа обнимал меня, не уставая целовать в висок. Кайя смущённо улыбалась.

Потом пошли разговоры о будущем договоре альянса с Септимой.

Я слушала в пол-уха. Особенно, когда служанки принесли бульон для Риана.

Кормила любимого мужчину я. И хотя Риан уже сам мог сидеть и точно держать ложку, виду не подал, что против. Наоборот, ему была приятна моя забота.

Да и я успокоилась окончательно, отодвигая жуткие воспоминания трёх дней горячки в самые глубокие анналы памяти.

Даэрон наблюдал за каждым моим движением горящим взглядом.

Через час Арвэн дал добро на купание.

Все посторонние освободили помещение.

Папа посмотрел на меня каким-то странным взглядом и поцеловал в лоб перед уходом, попросив:

– Будь счастлива, моя так быстро повзрослевшая доченька. – Отеческий взгляд достался и Риану. – Береги её.

– Клянусь. Буду беречь, как самое ценное сокровище.

Папа довольно кивнул и ушёл последним, подпихивая Арса в спину.

Оставшись наедине с Даэроном, смутилась.

Амдир вернул свою внешность владыки почти сразу, но остро ощутила разницу ипостасей я только сейчас.

– Помоги мне, – попросил Риан, пытаясь встать с постели.

Я бросилась к любимому.

Помогла дойти до глубокой белоснежной ванны с покатыми краями, в которой могло поместиться трое.

Щёки пылали, но я упрямо отмахнулась от жарких мыслей, помогая Риану снять лёгкие штаны для сна.

Думать о сексе казалось кощунством. Но оно, блин, думалось!

Мои метания разрешил сам амдир.

Погрузившись в тёплую воду, Риан в последнюю секунду просто потянул меня к себе в ванну. Я и охнуть не успела.

– Что ты…

Горячие губы мужчины накрыли мой рот, а руки, справляясь с вялым сопротивлением, избавили от мокрой одежды.

Я понимала, что это глупо, но облик Даэрона ещё чужой. Я уважала в Борна, любила Риана, но с Даэроном… знаю, дичь полная. Все три ипостаси его. Он всегда остаётся собой. Однако.

Я попыталась отстраниться, но когда это получилось, охнула от удивления, натыкаясь на понимающий взгляд серых глаз.

На меня смотрел уже мой родной Риан. Даркийец словно прочитал мои мысли, принимая привычный для меня облик.

Хитрюга сорвал последние сомнения.

Я провалилась в омут чувств, млея от ласковых слов и нежных прикосновений. Риан был так осторожен, что я даже стала сомневаться в утверждении, что первый раз обязательно должен быть болезненным."

"Любимый не уставал признаваться в любви.

Из ванной мы перебрались на широкую постель владыки.