И мне было хорошо. Невероятно хорошо! Как ни с кем и никогда.

Потом, насытившись и доведя меня до очередного безумного взлета, Адиль раскурил кальян, и теперь полулежал в постели,  довольно щуря свои черные глаза и рассеянно лапая меня за зад.

Мы оба знали, что минут через пятнадцать снова займемся сексом, я уже даже привыкла к объемам и аппетитам Адиля, настроилась на него, как хороший инструмент на хозяина, и ловила мягкие предвкушающие волны грядущего наслаждения.

И вот черт меня дернул спросить?

— Почему ты не женат, Адиль?

Спрашиваю и тут же досадливо кусаю себя за губу! Ну вот зачем? Нам плохо, что ли? А сейчас все будет выглядеть так, словно я напрашиваюсь… Напряжется еще… Решит, что я почву прощупываю. А я ведь нет! Чисто из праздного любопытства!

Но Адиль не напрягается, он смотрит на меня, выпускает дым через доздри, тянется, гладит губы большим пальцем и отвечает спокойно:

— Я женат.

Это звучит настолько странно и неожиданно, что я даже не понимаю в первое мгновение, что он не шутит. Он абсолютно серьезен сейчас. И для него это… Нормально. Обычно.

Женат, да. Что такого? Сплю с тобой, да. Что такого?

— А почему ты не сказал?..

Я замираю, тело словно чужим становится, во рту горечь. А он пожимает плечами:

— Ты не спрашивала… Это имеет значение?

— Да. — Я поднимаюсь, тяну на себя простынь, чтоб прикрыться, становится отчего-то зябко, — да. Имеет.

Адиль, поняв наконец, что я явно не то хотела услышать, откладывает в сторону кальян, опирается огромными кулаками на постель, подается ко мне. Простынь от этого движения собирается гармошкой внизу, открывая взгляду каменный живот, поросший жестким черным волосом.

Я отшатываюсь, встаю с кровати, начинаю торопливо собираться.

Адиль не делает попыток остановить, наблюдает хмуро.

— Ты хочешь за меня замуж? — наконец, спрашивает он ровно и спокойно.

— Да упаси Господь, — бормочу я, натягивая на себя белье и проверяя наличие телефона в сумке. Надо же такси отсюда вызвать.

— Тогда в чем причина?

Столько удивления в его голосе, что я в шоке замираю и вскидываю на него взгляд. То есть, он реально не понимает? Для него это что, норма?

— В том, что ты женат, — словно идиоту, поясняю я ему, — может, у тебя еще и дети есть?

— Есть, — бьет он меня своим признанием в грудь, отчего сразу ощущаю, как сердце начинает сбоить, — трое.

Ох… Мать твою!!!

Собираюсь еще быстрее.

Он встает с кровати и, не думая даже прикрываться, бесстыже голый, идет ко мне.

— Стой, жамали… Стой. Ну чего ты?

— Я чего? — отступаю от него шаг за шагом, понимая, что, если схватит, буду отбиваться всерьез. — Я? То есть, ты считаешь нормальным происходящее?

— А что тут ненормального?

— Ты женат! — выдаю я очевидные вещи.