Аррелы действительно были, бледные, полинявшие так, словно их выстирали в хлорном отбеливателе. И такие несчастные, что сердце кровью обливалось.

— Молодой долго учится, а эти уже все умеют, — зачем-то сказала я, хотя… Наверное, уже в ту минуту я для себя все решила.

— Логично, — хохотнул блондин. — Только вот проблемка одна имеется. Молодому аррелу подойдет любая магия, а такому только магия его хозяина или очень похожая, какая бывает у родственников.

— Я бы хотела войти туда! — указав на вольер с пенсионерами, посмотрела на гида.

Страж поменялся в лице.

— Вы с ума сошли! — вскликнул он. — Никто не берет уже использованных аррелов.

— Никто не берет, а я попробую, — упрямо заявила Эриону. Мне очень не понравилось слово «использованных». Не понимаю, как можно работать с такими грандиозными птицами и при этом настолько их не любить!

— Как хотите! — фыркнул он. — Вам в ту дверь.

А я… Я и пошла, куда отправили. Вернее, хотела пойти, но тут вмешался муж.

— Тэс, это опасно. Ты еще не умеешь работать с резервом, и голодные птицы могут выпить тебя досуха.

— А вы на что? — огрызнулась я. — Вас мой дядюшка попросил за мной присматривать? Вот пойдемте вместе и присмотрите.

— А мне она нравится! — воскликнул Лесар. — Малышка Тэс, я с тобой!

— Здесь подождешь! — припечатал его герцог и первым направился к двери.

Глава 11-1

Глава 11

Мне ничего другого не оставалось, как последовать за супругом.

— Постойте, — окликнул гид. — Вот, возьмите. Это традиционное угощение. Считается, что птица вас выбрала, если приняла его.

Мне в ладонь насыпали горсть небольших темно-синих ягод. Я кивком поблагодарила Эриона и пошла в вольер.

Если молодежь в основном куполе порхала, щебетала и красовалась, то здешние обитатели предпочитали прятаться. Хотя, конечно, в полинявшем платье на люди не покажешься. Еще одним достоинством птиц была ненавязчивость и скромность. Это я так себе нафантазировала, а на деле все могло быть иначе.

Тем не менее, мы уже минут десять прогуливались с герцогом по тропинке, я держала ладонь с ягодами раскрытой, а очередь из желающих приобщиться к угощению пенсионеров что-то не выстраивалась.

— Эй, птички! — позвала я. — Сюда летите. У меня много вкусненького!

Светлость скосил на меня взгляд и хмыкнул. Сомневается и считает меня ненормальной. Его право. От этого еще больше захотелось доказать свою состоятельность.

Мы прошли еще два круга. Я тихонько свистнула, подзывая птичек, но то ли свистела я из рук вон плохо, то ли аррелов раздражал свист, но так или иначе, никто из них не среагировал.

— Тэс, идем туда, где выбирают птиц все, — с заметным раздражением произнес герцог.

И я почти готова была его послушаться, но тут увидела ЕГО.

Он был больше остальных и несчастнее.