Соколов положил трубку и тут же создал телепортационное окно с односторонней проницаемостью. Поводил им по квартире и остановил на кухне, где сидели друг против друга Норикова и — вот это да! — сама Изюмова. Егор послушал разговор и, выведя портал в прихожую, с пистолетом в одной руке телепортировался в квартиру. Тихонько подойдя к кухонной двери, он услышал окончание диалога:

— Надо будет, поставим и камеру, — буркнула Норикова, — тебя не спросим. А сейчас — марш из моей квартиры!

— С удовольствием! — улыбнулась Варвара, вставая с табурета и прихватывая немалых объемов женскую сумку.

Соколов сделал шаг в кухню и, наставив пистолет на Изюмову, решительно произнес:

— Села на место и положила руки на стол!

Он увидел, как вздрогнули плечи Нориковой, и вытянулось лицо Изюмовой.

— Наталья Васильевна, не бойтесь, это я, старший лейтенант Соколов — успокаивая, сказал Егор, не сводя глаз с лица Изюмовой.

А та с бешенством уставилась прямо ему в глаза, что-то бормоча. Егор почувствовал щекотание у себя в голове, как будто перышком там водили, и понял, что время терять нельзя. Он захватил взгляд Изюмовой, выкручивая ""колесико"" ""гипноза"" на полную мощность и на мгновение увидел удивление в глазах ведьмы.

Но уже в следующее мгновение она быстро моргнула, и ее глаза застыли. Всё, контроль захвачен.

— Сядь на табуретку, положи руки на стол и положи сумку рядом, — приказал он. И Изюмова, конечно, все выполнила без возражений.

— Наталья Васильевна, — обратился Соколов к Нориковой, — у вас, случайно, диктофона нет?

— Нет, откуда? — ответила та, не сводя с него ошарашенного взгляда. — А вы как тут…

— Потом, товарищ майор, всё потом.

Сейчас надо с вашей гостьей разобраться.

— Кстати, а что с ней случилось? — покосилась на Изюмову Наталья."

"— Ничего особенного, секретная разработка. Извините, не могу рассказать. Сейчас мы зададим ей пару вопросов. Вы можете взять бумагу, ручку и составить протокол допроса?

— Да, конечно, я сейчас, быстро! — крикнула Норикова, выбегая из кухни.

— Да можно не торопить… — Егор замолчал, обнаружив, что ее уже нет рядом.

Он сел напротив Изюмовой и подвинул ее сумку к себе, решив посмотреть, что там после допроса.

Вбежала Норикова с бумагой и ручкой и села за стол сбоку.

— Я готова!

— Приступим. Ну, шапку там сами потом заполните, место оставьте.

— Ага.

— Итак, гражданка, — обратился Соколов к Изюмовой, — назовите вашу фамилию, имя и отчество.

И неожиданно услышал в ответ:

— Петракова Анна Петровна.

Они с Натальей переглянулись.

— Это ваше настоящее имя?

— Да, так назвали родители.

— А откуда взялась Изюмова?

— Это имя я взяла себе в 1941 году у одной убитой девчонки цыганки.

— Зачем?

— В целях маскировки возраста.