— А ты хорошо питался? По-моему, ты выглядишь более худым.

— Я в порядке.

— Мне так не кажется, молодой человек. — она шлепает его по руке, а затем обнимает. Он просто стоически остается на месте. Он никогда по-настоящему не знал, как принять поток любви, который предлагает Анна.

— Добро пожаловать домой, мальчики. Я скучала по вам.

Затем она отстраняется и бросает прищуренный взгляд на Сашу, которая молча наблюдает за обменом репликами.

— И кто этот мальчик, который выглядит истощенным?

— Меня зовут Александр. Все зовут меня Саша.

Анна пристально смотрит на меня.

— Ты привел кого-то нового?

— Он хотел прийти.

— Ты не можешь просто привести его сюда, потому что он сам захотел прийти — она указывает пальцем в сторону Саши, не глядя на нее. — Он выглядит подозрительно.

— Я вообще-то здесь — говорит Саша спокойным тоном, но ее уши краснеют. Кроме того, она действительно говорит без русского акцента. Немного жестко, но звучит естественно.

Это трудно сделать даже русскому, родившемуся в Америке. Акцент обычно присутствует, несмотря ни на что. Он есть у Виктора, Максима и Юрия.

У нее действительно были частные репетиторы в ее прошлой жизни.

— Тише, мальчик — Анна по-прежнему не смотрит на нее. — Зачем ты это делаешь, Кирочка? Это на тебя не похоже.

Она права. Это не так.

Когда Саша выразила желание поехать с нами, самым логичным решением было бы отказаться.

Однако есть одна проблема. Я не мог.

Особенно когда она согласилась доверить свою жизнь в мои руки, чтобы я мог делать с ней все, что мне заблагорассудится.

Это садизм? Возможно. Но даже я не могу понять, какова конечная цель, стоявшая за этим.

Я чувствую, как в Саше поднимается презрение, но в тот момент, когда она делает шаг вперед, вероятно, чтобы высказать Анне свое мнение, я спрашиваю:

— Мой отец внутри?

Темная тень падает на лицо Анны, и она, кажется, забывает о Саше и своих подозрениях.

— Конечно же, да. Хозяйка дома и Константин не хотели сообщать тебе об этом, вероятно, не желая, чтобы ты возвращался, но мистер Роман ... не очень хорошо себя чувствует. Он уже некоторое время тяжело болен, и ему стало только хуже после того, как он уехал в Россию на прошлой неделе.

Даже лучше.

Когда я делаю шаг в сторону дома, Анна берет мою руку между своими меньшими.

— Будь терпим ко всем внутри, мой мальчик. Все изменилось, но некоторые вещи остались прежними.

— Тебе не нужно беспокоиться обо мне.

— Чепуха — она встает на цыпочки, чтобы дотронуться до моих волос и погладить меня по лицу. — Я собираюсь повидаться с остальными. Позаботься о нем, Виктор.

— Да, мэм.

Бросив последний неуверенный взгляд, она направляется туда, куда раньше ушли мои охранники. Анна — мать сирот.