У Максима обычный радостный блеск на лице, но есть общая настороженность, которой сегодня полны все.

— Почему ты здесь, Саша?

У меня пересыхает во рту, но ответа не выходит. Какого черта я вообще сюда пришла?

При виде этого человека у меня в голове все перевернулось, и я забыла, почему пришла сюда одна, вместо того чтобы участвовать в том, что ребята называют «ритуалом миссии», который в основном состоит из медитации и поклонении своему оружию.

Максим смотрит в конец коридора, затем, прищурившись, смотрит на меня. У него есть мальчишеское обаяние и непринужденность, к которым я привыкла с тех пор, как он «взял меня под свое крыло».

Однако теперь он выглядит подозрительно.

— Ты пришел повидаться с капитаном?

О. Теперь я вспомнила.

— Ага, капитан! Я хотел попросить его еще раз дать мне шанс.

Клянусь, я потеряла несколько лет своей жизни, когда приняла решение встретиться лицом к лицу с капитаном Кириллом. С момента нашей последней встречи я боялась смотреть ему в глаза, не говоря уже о том, чтобы проводить с ним время наедине.

Черт возьми, я была готова подкупить Виктора, чтобы он пошел со мной, хотя его компания не так уж и приятна. Тем не менее, он был все еще менее пугающий, чем капитан.

Но потом я увидела человека из прошлого, и все мои планы полетели к чертям.

— Либо ты слишком наивен, либо слишком глуп, если думаешь, что капитан передумает после принятия решения, — Максим ерошит мне волосы.

— Тем не менее, ты научишься.

— Ты говорил, что знаешь его с самого рождения?

— Да, мой отец работает на его отца, — он усмехается. — Но я был слишком милым для своего же блага, так что семья в некотором смысле души во мне не чаяла. Все, кроме капитана, то есть.

— Почему?

Он отпускает меня, затем свирепо смотрит на меня, идеально имитируя обычное выражение лица капитана.

— Он родился именно таким и был Мистером, Я Ненавижу Мир, и Я Собираюсь Держать Виктора Рядом, Чтобы Вы Могли Ненавидеть Мир Еще Больше.

Я улыбаюсь.

— Это всегда было так плохо?

— Я шучу, — Он опускает руки. — У Виктора была мутация, и на самом деле ему стало намного хуже.

Я шутливо хлопнула его по плечу.

— Ты придурок."

"— Я забавный засранец. В этом есть разница, — выражение его лица становится трезвым. — Но если со всей серьезностью, Капитан - продукт жесткого воспитания своего отца. Знаешь, как говорят, одни монстры рождаются, а другие создаются? Он попадает прямо посередине.

— Каким образом жесткое воспитание?

— Ничего такого, о чем тебе следует беспокоиться, — он деликатно игнорирует мой вопрос и указывает в конец коридора. — Давай убираться отсюда, пока Виктор не услышал и не придумал креативные методы для нашего наказания.

— Но я ничего не сказал.

— Ты слушал и смеялся. Это считается.