- Есть немного, а что?..

- С его подачи проверка.

- Да знаю я.

До слуха доносится короткий хмык, а потом он понижает голос.

- Ты че, Ингу обидел, что ли?

- Мы разводимся.

- Едрить твою налево! – присвистывает он, - как так?!

- Вот так, Ваня. В жизни случаются неожиданности.

- Н-дааа…

Захожу в курилку и, вынув из пачки сигарету, прикуриваю. Первая же затяжка снижает градус напряжения и ослабляет удавку на шее."

"- Ты мне вот скажи, Сеня, - прочищает он горло, - проверка эта найдет что-нибудь или зря ищут?

- Зря. Если только у кого-то постороннего был доступ к программе и базе данных, - говорю честно, - но это вряд ли.

- Знаешь же, что за это светит?

- Знаю, не дурак. Но и ты, Ваня, понимаешь, что мотивов у меня не было.

- Ладно, - вздыхает он после небольшой паузы, - я с Филатовым пообщаюсь. Ему, по-моему, на пенсию пора. А ты держись там, они еще дня два шерстить будут.

- Спасибо, Иван…

- Не люблю беспредела, - перебивает бесцеремонно и, попрощавшись, отключается.

Я докуриваю одну сигарету и тут же достаю вторую. Болезненно сжавшийся желудок напоминает, что я не вспоминал о нем со вчерашнего обеда.

Заказываю доставку из ближайшего ресторана и набираю Марину. Вчера вечером она взяла трубку, не обвиняла больше, но и разговаривала неохотно. Сказала, что планирует поехать домой, и я не стал отговаривать, потому что не хочу, чтобы она запачкалась в дерьме, которое в последние дни лезет наружу изо всех щелей.

Пообещал, что сам за ней приеду. Не понял – поверила или нет.

Сейчас длинные гудки снова сменяются голосом автоответчика. Через три минуты ее телефон занят, а затем и вовсе выключен.

Бл*дь!.. Малыш, зачем ты так?..

Оставшееся до конца рабочего дня время я провожу в своем бывшем кабинете, наблюдая, как комиссия из надзорного органа и представители прокуратуры перелопачивают тонны информации.

В какой-то момент, становится даже жалко их. Столько дней кропотливой работы, и все напрасно.

Время от времени давая им наводку, где и что искать, вспоминаю, что вчера в телефонном разговоре обещал матери перевести ей денег. Она сама звонила с целью уберечь меня от самой большой ошибки в жизни.

Оказалось, что Инга вспомнила о существовании свекрови и даже где-то раздобыла ее номер. В итоге мать наградила меня званиями неблагодарной скотины и идиота, каких свет не видывал. Но денег попросить не забыла.

Перевожу ей нужную сумму и снова набираю Марину. Результат тот же – абонент не доступен.

Вечером сотрудник прокуратуры просит задержаться для уточнения некоторых вопросов, и в итоге из офиса я выхожу около девяти часов. Завожу двигатель, и пока машина прогревается, пытаюсь дозвониться до малыша несколько раз подряд.

Ощущаю себя беспомощной истеричкой и чувствую тотальное одиночество.