И обязательно нужно было так грубо отвечать? Я чуть не… Ну я ему…

– А ты знаешь еще какую-то Тасю, которая станет звонить тебе по ночам, Бойко?

– Прости, не признал сразу, – ржет он.

– И почему у тебя нет моего?.. Ай, ладно! Не важно. Ты где?

– А что?

– Цветы заказываю, хочу курьера попросить прямо к ногам твоим бросить. Макар, блин, ответь на вопрос. Дело есть.

– Тась, если это касается ваших с Алей разборок, то…

– Нет у нас с ней никаких разборок, а вот у ва-а-ас…

– Что ты имеешь в виду?

– То, что ты валенок! Я пять минут тебе втираю – нужно поговорить. Лучше лично. Куда мне приехать?

– Козырь, ты меня пугаешь.

– Если не скажешь мне адрес, я реально начну тебя пугать, – произношу с нешуточной угрозой.

– Ладно, ладно… Я на стадионе. Вот ненормальная…

– Зато ты у нас нормальный, обрыдаешься. Буду через двадцать минут.

Иду по расчищенной дорожке, рыская взглядом по территории в поисках того, кто мне нужен. Справа виднеется баскетбольная площадка, острый клинок проходится по сердцу, и я сбавляю шаг. Мы часто бывали здесь с Глебом, когда еще только решили заняться баскетболом. Отрабатывали броски и подачи, но больше смеялись или бесились.

В одно мгновение, как по взмаху волшебной палочки, с легкой руки памяти, снег тает, на деревьях появляется зеленая листва, а на небе ярко светит весеннее солнце. Останавливаюсь у ограждения и смотрю на дальнее баскетбольное кольцо."

"Мальчик и девочка носятся друг за другом, перекидывая мяч и звонко крича. Девчонка спотыкается и летит на прорезиненную поверхность, растягиваясь пластом. Темноволосый мальчишка тут же бросается к ней, раздосадованно всплеснув руками. Он опускается рядом на корточки и помогает ей сесть. Берет ее руки в свои и рассматривает содранные ладошки. Девчушка плачет, но скорее от стыда и обиды, чем от боли, а парнишка всеми силами пытается ее успокоить:

– Тася, чего ты? Все заживет. Хочешь, я сейчас тоже упаду?

– Хлебка, ты что, дурак? Зачем? Тогда нас обоих будут дразнить. Скажут, неуклюжие. Не нужны нам такие в команду.

– А мы соврем, что отбивались от банды разбойников и победили. И нас точно не будут дразнить.

– Ты же никогда не врешь.

– Ради тебя я готов, – серьезно заявляет он, нахмурив брови, не давая усомниться в своих намерениях.

– Глебка… – улыбается девочка. – Ты самый крутой. Как мне повезло, что ты мой друг…

Мальчишка лучезарно улыбается.

Помню его улыбку настолько отчетливо, будто вижу ее прямо сейчас. В глазах появляются слезы. Какая же я дура.

Друг? Друг?!

Глеб для меня – куда больше, чем просто друг. Но я была так уверена, что он никуда не денется, что потеряла его.

– Козырь?! – окликает меня Бойко.

Быстро хлопаю ресницами, чтобы сморгнуть подступающие слезы. В конце концов, можно спихнуть все на злобный мороз.