— Та-а-ак!!! — Голос ави Мали снова загремел штормовым громом. — Во взрослом, значит! Ах, вы и лиса. А я уши тут развесила. А в детском, что не танцуется, разнесчастная вы моя наследница? Ноги кривятся или па забываются? Вы мне, Астрид, голову-то не дурите! Ишь! Вы на нее поглядите! Еще войны никакой нет, а она уже несчастная, не танцованная, над поруганным детством в храме рыдает. По хворостине в руках вашего батюшке страдать нужно! Уж больно ее в вашей жизни не хватает!

— Ави Мали, да как можно?! — я картинно схватилась за сердце."

"— Нужно! По три удара натощак для предостережения от глупостей.

Говорите, чего удумали!

— Ничего! — я прижала к себе сразу два платья. — Просто хочу срочно все перешить.

— Не позволю! — наряды варварски вырвали из моих объятий. — Они, лера, вам по возрасту. А вот что за стремление казаться старше — мне непонятно.

— Да что не понятно-то?! — взревела я, оскорбленная в лучших чувствах. — Не хочу я охранять ваш покой на скромном низком стульчике у дальней стены, когда другие девочки по залу бабочками порхают.

— А-а-а! Лера, гостей покорять собралась. Так и что в этом-то не танцуется? Ни разу не надевали, ткань из самой столицы привезена, — подойдя к шкафу, няня бесцеремонно сдвинула меня в сторону и вытащила до безобразия яркое желтое платье, отделанное зелеными бантиками по подолу.

— Я в нем буду как цыплёнок! — простонала, впадая в тяжелое уныние. — Кто захочет танцевать с цыплёнком?

— Что за глупости! — тон няни стал еще строже. — Вы в нем выглядите как чистое солнечное дитя! Как то и положено.

— Вот именно что дитя! — понимая, что последнее слово остается не за мной, в бессилье всплеснула руками. — Не станет Шим с дитем танцевать!

Ой.

..

Выпучив глаза, прикусила язык. Да поздно.

Проболталась!

Вот теперь жди долгое нравоучение о том, что помыслы юных дочерей рода маговского должны быть чисты как роса на ростках весенней травы в предрассветных лучах солнца и никаким ящерам чешуйчатым там не место. Тут меньшим не отделаешься.

— Шим?! Батюшки, и эта туда же! — Няня меня не разочаровала. Захлопнув, гардеробный шкаф, она бросила на кровать желтое, вмиг ставшее ненавистным платье. — Знаешь, лера, я еще пойму дочерей прислуги да крестьянок! Те на красивое лицо, ох, какие падкие.

Но, разве я тебя тому учила?! Где твое самоуважение, Астрид?! Где осознавание собственной значимости?! Где все это, я тебя спрашиваю, вертихвостка ты лисеголосая?! Запомни, Астрид, а лучше запиши — твое от тебя никуда не уйдет! А этот избалованный драконёнок никогда не оценит женщину по достоинству! А не выкинешь эту дурь из головы — сама хворостину возьму и выбью это на вашем высокородном заду красными полосами. А лерд... А он поддержит! Как все ему расскажу, так и от себя пару строк добавит!

— Почему? — я топнула ногой.