Пилигрим был неплохо осведомлен о городских достопримечательностях, но не могла же пестрая компания сойтись возле статуи Хасхоута Основателя или на дворцовой Галерее Всех Предков! А Рифмоплет, на которого все взирали с надеждой, только рукой махнул… И тут Айфер очень вовремя вспомнил про трактир «Золотая синица», который назвал, прощаясь, Ваастан. А что, место не хуже прочих…

Куда сложнее было определить исполнителей плана. Как, например, втолковать Айферу, что с его ранами лучше не соваться в драку? Он тут же начал вертеть над головой скамью: доказывал, что здоров. Доказал, дурень: раны открылись, кровь проступила на повязках… А госпожа Арлина, которая при любой расстановке сил желала быть рядом с мужем? Ее с трудом убедили, что она — «засадная сотня»: в случае неудачи кто выручит Сокола и остальных, как не чародейка?.. Аранша тоже не желала оставаться в стороне от заварушки: она, видите ли, десятник! Пришлось грубо напомнить ей, что кормящая мать наемницей быть не может. Смирилась, но как огорчилась! Успокоилась лишь тогда, когда ей и Айферу дали задание: выдав себя за супружескую пару, снять на окраине хибарку. Вряд ли удастся сразу покинуть город, так будет убежище…

А какую бурю вызвали неосторожно брошенные кем-то слова: «Заодно и за детьми присмотришь…»

Звенящим от обиды голосом Ильен потребовал, чтобы ему объяснили: о каких это детях идет речь? Ребенок здесь один — вон, завопил в мокрых пеленках! А его, Ильена, поздно пеленать! Он намерен спасти своего короля! Ильен Звездный Луч из Рода Ульфер ничего не боится и готов отдать жизнь за…

Мальчик оборвал гордую тираду, заметив, каким взглядом смотрит на него Хранитель.

— Ну, все, — хрипло сказал Ралидж, вставая и отстегивая Саймингу. — Кончилось, парень, мое терпение. Сейчас я тебе устрою… за все хорошее. — Он снял кожаную перевязь и не спеша сложил вдвое. — Вечно скулишь, что я к тебе не как к родному?.. Ну, я тебя сейчас как родного… мало не покажется!

Ильен не сразу понял, что Хранитель собирается делать. А когда понял — завизжал, метнулся под стол, вынырнул с другой стороны и протестующе завопил:

— Это нечестно! Мой дедушка тебя никогда… даже пальцем!..

— Я твоему дедушке так нервы не трепал! — рявкнул Ралидж, высоким прыжком перемахнул стол и вцепился мальчишке в плечо. Тот безнадежно дернулся и зажмурил глаза, ожидая первой в жизни порки.

И ничего не произошло.

Осторожно приоткрыв глаза, Ильен с облегчением увидел, как на лице Хранителя гнев сменяется озадаченным выражением.

Выпустив плечо мальчишки, Ралидж начал застегивать на себе перевязь.

— Вообще-то трепал… — неохотно признался он. — Еще и похуже трепал…

— Ладно, — вмешалась Ингила, — раз мальчишка рвется в дело, могу взять его с собой.