Отлично, просто отлично! Мне очень хотелось сказать, что я об этом думаю, но, пожалуй, и без того уже наговорила столько, что лучше бы придержать язык. Впрочем, была в его логике дыра, в которую…

— Вы сказали — один из лучших приставов. Вы готовы посадить в глуши на полгода одного из лучших своих людей? Только для того, чтобы присматривать за мной?

— И Савелием Никитичем. И вашей экономкой.

Я застонала, поняв, что эти двое окажутся надолго ко мне привязаны.

— Я собиралась уволить обоих.

— Ваше право. В таком случае им обоим будет предписано сообщить властям о своем новом месте жительства и регулярно являться для надзора.

— И тогда вы отошлете пристава?

Он покачал головой. Сказал неожиданно мягко:

— Глафира Андреевна, Гришин останется так долго, как я сочту нужным, хотите вы того или нет. Рассматривайте его не как тюремщика, а как охранника. Однако он все же мужчина и, как вы сами заметили, не может сопровождать вас везде. Поэтому хорошо бы, чтобы Марья Алексеевна тоже осталась.

Я обдумала его слова.

— Если мне ничего не угрожает, тогда охрана мне не нужна. Если угрожает — не стоит подвергать опасности других.

Пристав — ладно, это его работа, хотя мне от этого только лишние хлопоты. Но Марья Алексеевна…

— Не безумец же преступник! Зачем убивать посторонних?

— Да и меня, получается, незачем. Нужно же на кого-то свалить убийство.

Исправник снова ничего не ответил. Я решила попытаться в последний раз.

— К тому же у меня есть Полкан. И Герасим.

— Почти бездомный невоспитанный пес и немой дворник, — усмехнулся исправник. — Прекрасная защита для барышни, которую сегодня едва не задушили.

— Темните вы, ваше сиятельство, — вздохнула я. — Дыр в вашей логике столько, что стадо медведей пролезет.

— Медведи не ходят стадами, — улыбнулся он.

Я фыркнула:

— От такой жизни и медведи в стадо собьются, и начнут травку жевать.

Ясно, что больше я ничего от него не добьюсь. И, может быть, он и прав. Если уж мне все равно навяжут охранника, лучше пусть в доме будет уважаемая женщина. По крайней мере пока я не найду компаньонку. Правда, как ее искать, я совершенно не имею представления. Как и о многом, многом другом.

— Мне нравится Марья Алексеевна, — призналась я. — Но вы видите, в каком состоянии дом.

И у меня совсем нет прислуги, кроме тех двоих. Вы были свидетелем, как они себя ведут…

— И полностью согласен с вашим намерением рассчитать их. Разберетесь с делами и наймете нормальную прислугу."

"Легко сказать «рассчитать» — но я так и не знаю, грамотна ли. Тот проблеск понимания, что случился в гостиной, случайность или закономерность? И как в таком случае прикажете проверять счета? А потом — как выставить эту парочку? Управляющий совсем страх потерял.

Снова поколебавшись, я все же решилась.