Меня накрыла запоздалая мысль: анкры сражаются с чудовищами Разлома! Чувствуют их инстинктивно! Почему же никто из них не почувствовал в Эмме химеру? Или сейчас химеры в ней нет? Если так, то я вижу настоящую Эмму? Или дело в чем-то другом?

К ней подошла Иви. Гувернантка нагнулась и девочка что-то шепнула ей на ухо, а потом искоса глянула на меня.

Я поймала на себе этот взгляд, и он мне совсем не понравился.

Иви смотрела на меня диким зверьком. С ревностью и неприязнью. И она точно была не рада, что я отправилась с ними.

Неужели девочка настолько привязана к своей гувернантке? Или это опять происки химеры?

От домыслов и вопросов кружилась голова.

Ничего, скоро с этим будет покончено!

Я сползла по крылу на землю. Приняла вертикальное положение и убедилась, что мир вокруг стабилен и никуда не плывет.

— Ну… куда нам теперь? — поискала глазами остальных.

— Туда! — Би ткнула пальчиком влево.

С той стороны плато переходило в отвесную скалу, нависающую над ним угрюмым утесом. В каменной стене темнели проемы. Они напомнили мне норы стрижей над речным обрывом, только увеличенные в тысячи раз.

Лин и Мэй стояли у крайнего входа.

Девочки нетерпеливо заглядывали в темноту, но войти не решались. Ждали чего-то. С другой стороны плато Нуэр что-то втолковывал своему анкру. Пять самочек и самец Лиссара расположились вокруг них, подставив солнцу бока. И Сайгрель, едва освободилась от моего присутствия, вразвалочку направилась к ним. Кто-то из младших подвинулся, давая ей место. Сайгрель вошла в круг и растянулась рядом со старшим самцом во весь рост.

Восемь серебряных анкров, греющихся на солнце в окружении скал.

Зрелище настолько захватило меня, что я невольно залюбовалась и на миг забыла, где нахожусь.

Из грез выдернул голос Лиссара.

Я оглянулась.

Дарг показался из пещеры, в которую заглядывали девчонки. И Би, забыв про меня, побежала к нему.

— Ну что там? Что там?! — сестры набросились на него, галдя, как галчата.

Младшие-то ладно. А вечно стеснительная и молчаливая Лин? Я ее не узнавала! Щеки девочки раскраснелись, глаза возбужденно блестят. Всегда гладко зачесанные волосы во время полета растрепались и сейчас придавали ее личику легкую бесшабашность. Пятнадцатилетняя девица благородных кровей совсем не благородно подскакивала на одной ноге и теребила Лиссара за рукав!"

"И я вдруг поняла: вот она — настоящая, моя Лин.

Нетерпеливая, яркая, взрывная натура, из которой бьет неиссякаемый фонтан эмоций. Но только здесь, за стенами замка, после полета на анкре она стала собой.

Разве я могу ее бросить? Любую из них? Даже если Габриэль навсегда отвернется от меня…

Нет, не смогу.

Но, несмотря на мою решимость, сердце сжала тоска.

— Эри Лин, ведите себя, как подобает вашему статусу! — холодно отчеканила Эмма.