— Вам повезло, что вы по своему безрассудству не лишились жизни, — заметила я, недовольная тем, как она разговривает с моим рыцарем. — Зачем было так лихачить?

— А вы обманули меня, — она погрозила мне пальцем и тихо и лукаво засмеялась. — Так зло подшутили надо мной… Может, вы и мою лошадь заколдовали?..

— Зачем мне это? — спросила я. Разговор нравился мне все меньше. — Вы лучше помолчите, поберегите силы. Если ударились головой, так неудивительно, что говорите всякую чепуху.

— Да, ударилась, — пробормотала она. — А все вы виноваты, миледи Кирия… — она обняла Рэндела за шею.

— М- м… от вас пахнет леди Кирией… Солнце, корица и померанец…

Мы с Рэнделом дружно промолчали, и я еле удержалась, чтобы не бросить взгляд на Эрика — слышал или нет? Но леди Манила, наконец, затихла и, кажется уснула, потому что больше не болтала глупости. Хотя… болтала она явно не глупости. Я кусала губу, размышляя, не было ли в словах леди тайного умысла.

Рэндел дотащил ее до замка, послали за лекарем и гонца к лорду Нобару, а пострадавшую уложили на кровать в гостевой комнате второго этажа. Я стояла рядом, когда Рэндел осторожно опустил леди Манилу на подушки.

Она все еще обнимала его за шею, и когда он попытался разжать ее руки, вдруг сказала:

— Я так благодарна вам, сэр Эдейл. Позвольте, я поцелую вас в знак благодарности?"

"Меня бросило в дрожь при этих словах. Я вдруг увидела, как два тела — обнаженные, блестящие от пота, бесстыдно сплелись в объятиях на вот этой самой кровати. Мужчина и женщина двигались страстно и в то же время сдержанно. Я не видела лица женщины, но невозможно было не узнать белокурые локоны, живописно рассыпавшиеся по подушкам, а мужчина… Это не был Рэндел! Это был кто-то другой… с русыми волосами… крепкий, очень широкий в плечах… Вот мужчина застонал и запрокинул голову, и я узнала этот профиль, золотистую бородку — мой муж.

Вернее, полная его копия, если верить портрету и колдуну.

Миг — и видение пропало.

Я сморгнула, продолжая смотреть, как леди Манила не желает отпускать Рэндела из кольца рук и тянется к нему, намереваясь поцеловать прямо в губы.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Рэндел, с усилием разжимая ее руки.

Он выпрямился, а Манила откинулась на постель, посматривая на него и на меня из-под ресниц.

— Какой злюка, — сказала она обиженно. — Это была благодарность, ничего более.

— Не стоит благодарности, — галантно возразил Рэндел, отходя от постели. — На моем месте любой рыцарь поступил бы так же. А теперь мне пора уйти. Леди… миледи… — он коротко поклонился нам и вышел.

Я осталась, глядя на белокурое существо, лежавшее передо мной в сером и алом наряде, и испытывала страстное желание это существо придушить. Пусть и неумышленно, она задела меня, когда полезла целоваться к Рэнделу.