Я дышала с тру­дом, в основном из-за того, что пришлось волоком таскать эти две туши. Сбегала наверх, освободила Сашку, умылась и вернулась в гараж с ведром воды. Вылила по полведра на каждого и стала ждать, когда они очухаются. Тот, что покрепче, приоткрыл глаза, поводил ими туда-сюда, после чего в его взгляде на­метилось удивление.

– Детка, – позвал он, я к тому моменту устрои­лась на корточках, метрах в трех от него, – ты чего ментов не вызвала?

– Помечтай. Думаешь, поспишь до утра на на­рах, и домой? Нет, дорогуша, сегодня ты у меня в гос­тях, может, здесь и останешься. Будет яма на пол­метра меньше, просто залью вас цементиком.

– Да ладно… ну, погорячились мы, с кем не бы­вает? Нам Тагаев нужен, а не ты. Живи на здоровье.

– Спасибо большое, но я тебе здоровья обещать не могу. Боюсь, ты его скоро лишишься.

Я выбралась из ямы, разожгла паяльную лампу.

– Ты чего? – заволновался парень.

– А как ты думаешь?

– Дурака-то не валяй. Тебя за эти штучки по го­ловке не погладят.

– Кто ж узнает, как я здесь развлекаюсь? Я никому не скажу, и вы тоже.

– Чего тебе надо? – еще больше разволновался он. Подозреваю, очень опасаясь услышать “ничего”.

– Информацию.

– Да я…

Тут Сашка заливисто залаял, и я ненадолго от­ставила лампу в сторонку, поджидая дорогих гостей.

– Я в гараже, – крикнула я громко.

Сначала появился Сашка, затем Тагаев и трое его ребят. Не знаю, что они ожидали увидеть, но их физиономии вытянулись, Тагаев дернул щекой, что, в принципе, могло означать что угодно, а один из его доверенных лиц присвистнул:

– Ни хрена себе.

Увидев вновь прибывших, парень, что обретался по соседству, заметно побледнел; оно и понятно, появление Тагаева не сулило ему ничего хорошего.

Тагаев пристроился рядом со мной и кивнул на паяльную лампу.

– Ты всерьез собралась ею воспользоваться?"

"– Если ты задаешь такой вопрос, тебе лучше подождать в гостиной, пока я тут беседую со своими гостями.

– Мои ребята сделают это лучше.

– Мне нужна информация.

– Она у тебя будет, – заверил он. Я подхватила Сашку и пошла в гостиную. – Ты в самом деле сде­лала бы это? – усмехнулся Тагаев, а я поморщилась.

– Как любой нормальный человек, я терпеть не могу грязной работы, но работа есть работа, и ее ко­му-то приходится выполнять. Не я придумала правила, я просто по ним играю.

– Если не возражаешь, я не буду делать из твоей квартиры пыточную, и отправлю ребят в более под­ходящее место.

– Я не возражаю, если вы исчезнете из моей жизни, как страшный сон, но мне нужна информа­ция.

– Я уже сказал, ты ее получишь.

– То, что ты сочтешь нужным мне сообщить, – проворчала я себе под нос, но спорить не стала вви­ду бесполезности споров: Тагаев поступит так, как захочет, их четверо, следовательно, последнее слово за ним.