– Видишь ли, друг мой, – закинув ногу на но­гу, начала я. – Если все это затеяли, чтобы избавить­ся от тебя, то убийца – наемник. С убитыми его ничто не связывает. В этом случае танцевать лучше от печки, то есть от того, кому это выгодно. Врагов у тебя много?

– Воз и маленькая тележка.

– А кто реально мог решиться на такое? Чело­веку этому должно быть невмоготу, а главное, он должен иметь некоторые возможности. – Тагаев задумался, тер ладонью подбородок и не замечал это­го. – Ну? – поторопила я.

Он вроде с трудом вспомнил, что я нахожусь в комнате, с замешательством взглянул на меня и из­рек:

– Найди убийцу.

Я пожала плечами.

– Что ж, поговорим об убийстве. Мотив для убийства Анны по-прежнему отсутствует. До нашей встречи я считала, что мотив есть у тебя. Девчонка что-то видела или слышала… Однако это не так. Но мог быть еще человек, заинтересованный в ее смер­ти, знакомых у нее достаточно, и о ком-то из них она могла знать что-то для него опасное. Связь с убийствами Райзмана, Веры и Лапшина никак не просматривается. Вера – еще куда ни шло, подруга, Анна могла поделиться с ней, однако всех троих за­стрелили из одного пистолета.

– Это я все знаю, – нахмурился Тагаев. – Не пойму, куда ты клонишь.

– Либо все эти убийства спланированная ак­ция, направленная против тебя, либо кто-то дейст­вовал, что называется, “на подхвате”, увидел, что ситуация складывается не в твою пользу, и умело разыграл ее. В первом случае мы имеем дело с ли­цом весьма могущественным и, надо признать, исключительно наглым, во втором – все намного про­ще. Первый вариант ты обсуждать но хочешь, зна­чит, за основу берем второй. Кто-то разделался со своими недругами, а ты лишь сбоку припеку. – Тут я взглянула на часы и поднялась. – Пора спать.

– Спать? – переспросил Тагаев.

– Конечно. Ночью людям положено спать, мне-то уж точно. Можешь лечь в гостевой спальне, это напротив моей, белье в шкафу. – Он нахмурился, взгляд его незаметно переместился к телефону, а я покачала головой: – Не дури, сдавать тебя ментам я не собираюсь. Если сам решишь сдаться, милости прошу, потому что особого толка я от тебя не ожи­даю, раз ты решил молчать о своих делах. Я ведь все равно все раскопаю, только времени угроблю про­рву. Разумеется, моя спальня выглядит значительно лучше, чем СИЗО, так что решать тебе.

Я потянулась и пошла наверх, где меня ждал Сашка. Он делал вид, что спит, но я ткнула его в бок и прошипела:

– Еще друг называется. Лежишь на моей посте­ли с кем попало. Совершенно никакой совести.

Сашка прикрыл морду лапой и обиженно засо­пел.

Утром я вскочила ни свет ни заря, удивляясь са­мой себе. Сашка тоже вскочил и терся у моих ног, виляя хвостом, я делала вид, что не замечаю этого.