Кто-то побывал в квартире Анны уже после ментов и основательно там все пере­рыл.

– Мне бы такое и в голову не пришло. Особен­но после ментов. Какой смысл?

– На самом деле смысл есть. К примеру, лежит в квартире какая-то вещица, ничем не примечатель­ная. И менты на нее внимания не обращают. Одна­ко эта вещица может вывести на какого-то челове­ка, если вдруг менты заинтересуются вещицей.

– Логично, – подумав, согласился Тагаев. – Я никого к ней не посылал, потому что ничего не опасался. Я не убивал ее. Ни ее, ни Веру, ни Райз­мана, ни Лапшина. И мне не нужно было шарить в ее квартире. Я ей ничего не дарил, но даже если она что-то сама позаимствовала…

– А если это “что-то” было важно для тебя?

– Не смеши. Я не храню дома то, что желал бы держать в тайне. Если спросишь, где храню, пошлю к черту. В этом месте я с Анькой точно не был, мо­жешь поверить.

– Значит, кто-то другой постарался. А на дачу к Лапшину зачем ездил?

– Зачем мне ехать к нему на дачу, если я его даже не знаю?

– Тачку твою засекли на посту ГАИ. Чего ж ты на “Хаммере”? Нет бы скромно, на “БМВ”.

– Думаешь, я не знал, что менты на посту эту хрень поставили? В тот же день узнал, менты же и сказали. По секрету. Этот секрет давно весь город знает. По-твоему, я поехал убивать человека на своей тачке? Да ее и без той хрени наверняка бы за­помнили.

– Так зачем ты поехал?

– Позвонил один козел. В “Шанхай”. Спросил меня. Ни малейшего желания говорить с кем попало у меня не было, но он просил передать, что хочет кое-что сообщить о Вере. Так и сказал. Ну, я взял трубку.

– И что?

– Денег хотел. На бедность жаловался. За штуку баксов обещал рассказать кое-что интересное.

– Встречу назначил за городом?

– На двадцатом километре. Там указатель.

– И ты купился?

– Я из него хотел душу вытряхнуть.

– Конечно. Требовать у тебя денег было весьма неразумно с его стороны.

– Вот именно. Он сказал, что будет на красной “Хонде”.

– Но не явился?

– Само собой. Мы прождали минут пятнадцать и вернулись в город. Очень хотелось придушить эту гниду.

– В машине ты был не один?

– Не один. Но для ментов это ерунда, раз со мной были мои ребята.

– Ну что ж, вроде все выяснили, – вздохнула я. Вздох сожаления относился к тому, что наша обсто­ятельная беседа ясности не внесла, то есть кое-что прояснилось, но еще больше запуталось.

– А пистолет? – нахмурился Тагаев.

– Про пистолет я помню. Лапшина, которого ты даже не знаешь, убили около восьми вечера. Те­перь хорошо подумай, в какой момент оружие мог­ли подбросить в твою тачку?

– На следующий день, где-то около пяти, когда я был в парикмахерской.

По тому, как он ответил, было ясно, он сам над этим вопросом голову ломал, но я все же решила под­страховаться.

– На встречу ты поехал на “Хаммере”.