Потом вместо злости накатило беспокойство и тревога. Таня — сильная, но она где-то в человеческом море, одна, без поддержки сородичей. Он не понаслышке знал, насколько нужны оборотням стая и чувство принадлежности к клану, дарящие защищенность и уверенность в завтрашнем дне.

Вот, где она, что с ней?

Поиски пока ничего существенного не дали. Просеивание через частое сито всей доступной информации того дня, помогло понять, что девушка ехала в метро, вышла и пересела на одну из электричек. Установить — в какую именно, не удалось, а у той площадки в нужный промежуток времени останавливались четыре электропоезда, три из которых шли на разные конечные станции. Вот и бегает поисковая бригада по всем остановкам, показывает фото Тани, и пытается найти зацепку. Особенно сложно с остановочными площадками, где нет ни касс, ни вокзальчиков — просто люди вышли и сразу разошлись. А запах давно выветрился, он больше суток не держится. Значит, приходится выходить на каждой такой платформе и прочесывать округу, тщательно исследуя запаховые следы — вдруг потянет нужным? И если обнаружится какая-нибудь зацепка, то тогда уже на место прибудет он сам и выпустит зверя. Времени на это надо прорву, но Татьяну необходимо было найти.

Может быть, от того, что он больше не проводил с Алексис круглые сутки, или потому, что насытился, но влечение стало меньше и голову так напрочь уже не сносило. Вернулась способность не только думать логично, но и делать логичные выводы. И осознание происшедшего заставило мужчину ужаснуться — что он натворил, как теперь выпутываться из ситуации?

Но в любом случае, сначала надо было найти Татьяну.

Мать, когда он пришел в ее дом, неодобрительно покачала головой:

— Не прошло и двух месяцев, как ты решился навестить мать и поговорить! Что же ты, Кирюша? Как же так?

— Мама, ты сама была в паре, ты знаешь, каково это, что ни о чем больше думать не можешь и все, что огорчает пару, хочется уничтожить! Если бы я не отдалил Татьяну, я бы ее и убить мог, если бы Алексис это потребовала.

— Не смог бы, — вздохнула, мать. — Нельзя было отдалять ее. Надо было сразу встретиться и поговорить и мозги на место бы встали. Таня — сильная волчица, у канадки не было бы шансов. Она чувствовала это, ведь ты весь пропитан был запахом сильной самки, поэтому и запретила тебе подходить к Тане, удерживала истериками и капризами. Разве твой волк тебе не дал понять, что не разделяет твоего восторга Алексис?

— Мама, но почему ты только сейчас мне это говоришь? Почему не пришла раньше и не сказала, когда Таня еще здесь была? Почему, вообще, вокруг обретения пары столько тайн и никто не отвечает прямо, я ведь тысячу раз искал ответ у разных волков, живущих в парах?

— Я пыталась прийти, но меня к тебе не пустили.