Поужинала на террасе с видом на Комо и прыгнула с разбегу в огромную кровать – теперь тоже ее собственность. Ничего себе, какая огромная! Впрочем, вдвоем с Денисом – будет в самый раз.

Хотя играл Денис вроде открытыми картами, одного Фабрицио не понимал. Русский партнер зачем-то настаивал: ему обязательно нужно знать, в какой момент афера будет раскрыта.

Итальянец пожимал плечами:

– Да тебе какая разница?

– А как это происходит вообще?

– Хозяева вернутся. Ну или им стуканет кто-нибудь – в доме посторонние.

– Пойдут в полицию. Предъявят документы на жилье.

– Придет комиссия из муниципалитета, карабинеры. И вышвырнут красотку.

– Я хочу видеть этот момент.

– Понятно, – усмехнулся Фабрицио. – Vendetta. Тебе срочно – или дашь девушке понаслаждаться?

– Желательно побыстрее.

– Попробуй. Только обязательно меня предупреди. Хочу точно знать день и время.

Спала Мила крепко, сны видела сладкие и просыпаться от настойчивого звонка ей совсем не хотелось. Но мелодичная трель продолжала настойчиво разливаться, пришлось накидывать халатик и бежать открывать. Только десять утра. Кого принесло в такую рань?

Распахнула решительно дверь – и отступила.

На пороге – пузатый итальяшка в костюме. Рядом с ним суровая тетка-дылда, чем-то на Ритку похожа. За их спинами еще двое незваных гостей. Карабинеры. Никто – очень странно для Италии – не улыбается. А когда попросили предъявить документы, ее саму разобрал нервный смех.

Расправила плечи, с достоинством отозвалась:

– Я Инесса Крюкова. Хозяйка этого дома.

Карабинеры сразу придвинулись поближе, а пузан ехидно поинтересовался:

– Вероятно, у вас и правоустанавливающие документы имеются?

Итальянский Мила понимала пока с пятого на десятое. Но возмутиться вроде бы получилось:

– Конечно, имеются. Но по какому праву вы меня будите? Вламываетесь в мою собственность?

– Да по такому, что синьоры Гварнери эту виллу никому не продавали! – возмущенно провозгласила тетка.

– Идите вы! – заорала Мила. – У меня договор! Все документы! Вот! Нотариальный акт! Государственная регистрация в департаменте реестра недвижимости!

Пузан принял из ее рук бумаги. Начал пролистывать. Пробормотал:

– Печать нотариуса вроде подлинная!

– И бланк реестра недвижимости как настоящий, – почти с восхищением подхватила женщина.

– Только принадлежит эта вилла семейству Гварнери. И никаких сделок по ее отчуждению они не проводили, – подытожил пузан.

– Да что за бред! Я сейчас позвоню своему риелтору! – вскипела Мила.

– Никаких проблем, – строго сказала женщина. – Вы вольны совершать любые действия. Но на общественной территории. А чужую собственность обязаны покинуть немедленно.

Мила, униженная, отчаянно несчастная, стояла у опечатанных ворот своей виллы.