Облизываю пересохшие губы и вздрагиваю, потому что в этот момент мы встречаемся с Хейденом глазами. Божечки, он выглядит так словно хочет меня сожрать. Ну или как будто очень соскучился.

— Еще чего. — хриплю. — Пусть сам ко мне идет.

Господи, я очень надеюсь, что он пойдет, потому что в противном случае мне придется бежать за полированной задницей его Ауди на глазах всего университета и гномов. И не факт, что я успею, потому что тачка-то быстрая: кажется, мелкий из Гранд Тур говорил, что она разгоняется за 3,2 до сотни. Ноги у меня конечно длинные, но вряд ли у меня есть шанс.

В течение тридцати секунд мы перетягиваем невидимый канат, после чего звезда стискивает челюсть и отрывает свой чемпионский зад от капота. Словно Моисей, раздвигающий море, идет в собравшуюся толпу, которая с каждым его новым шагом перед ним расступается. Мог бы взмахнуть рукой, было бы очень эффектно.

— Божечки, он идет сюда, он идет сюда. — тонюсеньким голосом верещит Тэмми, дергая меня за рукав футболки. — Он мне уже нравится. Такой красивый и сексуальный.

— Тебе все нравятся. — отвечаю машинально, потому что не в силах оторвать глаз от приближающейся фигуры. Ох, если это сон, то пусть я впаду в пятилетнюю кому.

«Страсть обуздать не в праве мы, да и не в силах наших. А губы нам для чтения молитв нужны» — раздается где-то из-под пояса моих шорт. Ох, а вот и поэтесса очнулась.

— Ни на секунду не облегчаешь мне задачу, Котенок. — ворчит Хейден, поравнявшись со мной. — Я себя второй день кенгуру в зоопарке чувствую.

Я упрямо молчу, потому что до сих пор не могу поверить, что он здесь.

— Ты не ответила на мое сообщение. И не перезвонила после того, как я мучился в прямом эфире.

— Жаль, что мы не в Европе и ты не можешь угрожать, что отправишь меня домой автостопом. — сиплю, в сотый раз облизнув пересохшие губы.

— Да, очень жаль. Так почему ты не перезвонила, Котенок?

— Я удалила твой номер. — отвечаю честно. — Как Майкл?

При упоминании сына звезда немного расслабляется и на его лице появляется легкая улыбка.

— Скучает по тебе. Мы…оба скучаем. Прокатимся, Котенок? — Хейден косится мне за плечо и раздраженно повышает голос: — А то три размалеванные перепелки за твоей спиной смотрят на меня как на гору зерна.

— У меня сейчас начнутся занятия.

«Боже, какая она идиотка» — слышится гномье бормотание.

Я и сама знаю, что я идиотка. Но у меня есть оправдание: я влюблена и все еще в шоке.

— Отшлепать бы тебя по заднице. — ворчит Хейден, чем вызывает сильнейшее оживление в моих едва заткнувшихся шортах.

— У меня вопрос, — от волнения я засовываю руки в карманы и вытягиваюсь струной.