Ох, уж эта моя невесть откуда взявшаяся скрупулезность. А вдруг эта фраза все, на что он решится. Вдруг он ждет, что теперь я выйду на связь и понятия не имеет, что я удалила номер. Глупая, глупая нянька Аврора.

— Ты видела, да, видела? — Тэмми скачет около меня подобно шарику от пин-понга, пока мы идем по университетской парковке. — Я уже подумала, что у меня винные глюки, когда услышала, как Хейден Гаррисон называет тебя Котенком…

— Хейден Гаррисон что? — знакомый писклявый голос раздражает нервы хуже звука пенопласта по стеклу. Чертова Джейн и ее сверхчувствительные барабанные перепонки. Ох, она еще и в компании своих костлявых гномов-сплетниц.

— Вчера в интервью спортивному каналу он обратился к Авроре. — с гордостью сообщает Тэмми, не обращая внимания на то, что я пытаюсь сломать ей указательный палец. — Он явно на нее запал.

Злобное трио многозначительно переглядывается между собой с таким видом словно только что услышали самую большую ложь на свете. Интересно, почему людям приятнее думать о других хуже, чем они есть на самом деле? Потому что в них самих куча дерьма? Потому что они завистливы и нужен повод потрепать языком, чтобы потешить свое поросшее комплексами эго?

— Ну а почему бы и нет, Джейн? — щерится гном с джинсовой юбке длиной до пупка, глядя на свою предводительницу. — Знаменитости постоянно западают на безвестных студенток, работающих у них прислугой. Например… — делает задумчивое лицо и похлопывает себя по выпяченной губе. — Ммм. нет, я не знаю ни одного.

Гном, пытающийся стать троллем. Какое убожество. Но доказывать что-либо этим драконьим головам я, разумеется, не собираюсь — много чести для них и ниже моего гордого няниного достоинства.

— Пойдем, — тяну Тэмми за руку. — Наука ждет.

Но Тэмми на меня не смотрит. Уперевшись пятками в асфальт, она глазеет в сторону подъездной университетской дороги.

— Это даже круче, чем в Сумерках. — восхищенно бормочет она.

Прослеживаю направление ее взгляда и чувствую как ноги слабеют, а в голове и груди разрываются разноцветные фейерверки. Роберт Паттинсон, это официально: ты лошара. В надвинутой на глаза бейсболке, прислонившись мускулистым задом к стелящемуся по асфальту капоту Ауди R8(все-таки две недели трепа Джеймса Мэя и Джереми Кларксона не прошли для меня даром) стоит звездуля. Сексуальнее, чем Тор и Капитан Америка вместе взятые. Приехал ко мне. К своей Чудо-Женщине.

К дороге уже начинает стекаться толпа зевак, которые либо заинтересовались рычащим немецким агрегатом, либо признали звездулю, а я так и не могу пошевелиться. Кажется, утраченная часть мозгов все же сказалась на моей опорно-двигательной системе.

— Может, ты пойдешь к нему? — голос Тэмми врывается с жужжащее драконье перешептывание у меня за спиной.