И он приходит, и я даже не помню, что когда-то вообще так радовалась. Все мои печали от неразделенной любви и о том, что самое яркое приключение в моей жизни подошло к концу, ненадолго стираются под впечатлением этого события. Потому что я знаю, что Хейден этой победы достоин как никто. Все таки я глубоко в него трескалась, раз даже моя собственная боль отошла на второй план.

Едва Хейден в расстегнутом комбинезоне и с мокрыми волосами появляется в поле моего зрения, не дав себе много времени подумать, со всех ног несусь к нему и повисаю у него на шее:

— Поздравляю, чемпион. — шепчу в мокрое ухо.

Испугавшись, что перешла границы, пытаюсь отстраниться, но тяжелая ладонь вдавливается в мою поясницу, прижимая крепче, а мятные губы на короткие секунды прижимаются к моему виску.

— Спасибо тебе, Котенок.

Спустя два часа поздравлений и атак спортивных журналистов, мы возвращаемся в отель и разбредаемся по номерам. Я начинаю паковать вещи в свой чемодан с кошками, не удерживаясь от того, что не покидать в него несколько бутылочек с отельным шампунем и кремом для лица. Вряд ли мне в ближайшее лет пять грозит намазать под глаза субстанцию от Булгари.

Когда я запихиваю в чемодан босоножки, в дверь раздается стук, от которого мое чертово неуемное воображение рисует очередную душещипательную картину: я открываю дверь, и обнаруживаю звезду на коленях, держащим в руках открытый сундук, в котором пульсирует влюбленное в меня сердце. Кажется, надо завязывать смотреть Пиратов Карибского моря на ночь.

Но на пороге и, правда, стоит звезда. Смотрит на меня в упор и переминается с ноги на ногу. Нервничает что ли?

— Проходи, — выдыхаю, впиваясь босыми ступнями в прохладный пол.

Кивнув, Хейден молча заходит внутрь и, сделав несколько шагов, резко оборачивается.

— Я знаю, что мы должны были лететь вместе… но обстоятельства изменились и мы с Майклом задержимся на один день дольше. — Выдергивает из-под подмышки конверт и кладет его на туалетный столик. — Это билет в бизнес-класс на завтрашнее утро. Водитель тебя отвезет.

А пока я глазею на конверт, пытаясь смириться с тем, что сейчас мы, очевидно прощаемся, Хейден лезет в задний карман и достает оттуда упакованный в бумагу сверток:

— А это небольшая премия от меня за то, что великолепно справилась со своими обязанностями.

Он вкладывает увесистый прямоугольник мне в мою безвольно повисшую руку и, быстро отшагнув назад, посылает мне теплую улыбку:

— О лучшей няне, чем ты Майкл не мог и мечтать.

— А ты? — почти вырывается из меня, но, к счастью, остатки чувства собственного достоинства вовремя закрывают мне рот.

— Учись хорошо, Котенок. Если тебе что-нибудь понадобится, ты всегда можешь мне позвонить.