– Эй, ты берешь кочерышник, это сонное средство, если наешься, будешь дрыхнуть до прихода карсаматов.

Густав выбросил собранный пучок, но потом незаметно поднял его и спрятал в карман.

После сытной трапезы шли не так быстро, но к морю приближались со всей определенностью – лес изменился, появилось больше красивых, невиданных прежде птиц, а деревья были сплошь увешаны лианами с красными и розовыми цветами.

По дороге попался ручей, это оказалось кстати, однако вести себя следовало осторожно, вдоль русла проходила натоптанная тропа – здесь часто брали воду проезжие. Густав нашел оброненный кем-то медный кувшинчик и набрал воду про запас.

– К морю течет, – заметил он.

– Да, видать, близко уже, – согласился Крафт, смахивая с губ капли воды.

– Наконец-то я увижу море, – улыбаясь, произнес Питер.

Они миновали ручей, перешли тропу, однако не успели разогнаться, как вдруг впереди между деревьев показалось небо.

– Стой! – Крафт схватил обоих спутников.

– Кажется, пришли, давайте осторожно.

Они пошли осторожнее, внимательно выбирая, куда ступить.

– О! – произнес Питер, когда стало ясно, что они вышли на край лесистого утеса, откуда открывался вид на бескрайнее Савойское море. – Так вот оно какое! И скалы, и вода голубая! А вон и корабль! – Питер ткнул пальцем под самый утес, где в небольшой бухте стояла галера со свернутым парусом.

Крафт отдернул Питера от края.

– Ты чего? – удивился тот.

– Скорее всего, это пираты – самое страшное, что может оказаться на нашем пути. Карсаматы нас просто убьют, а эти замучают в трюмах.

– Да, – кивнул Питер, вспоминая, что слышал о пиратах.

Беглецы легли на землю, подползли к краю и стали наблюдать.

Галера стояла на некотором расстоянии от берега – ярдах в пяти, и на нее по уложенным узким мосткам полуобнаженные люди таскали какие-то ящики и тюки. По палубе прохаживались несколько вооруженных до зубов надсмотрщиков, и каждый из них считал своим долгом дать тычка кому-нибудь из рабов. Те падали вместе с поклажей, и тогда их охаживали плетьми. Питер вспомнил свое житье под начальством Гудьира, это было очень похоже.

– Все в золоте ходят, и одежка бархатная… – со странным выражением произнес Густав. – Небось денег пропасть…

– А ты что, ограбить их хочешь? – усмехнулся Крафт.

Густав молча отполз от края и хлебнул из кувшина воды.

– Крафт, а у тебя травки этой, зеленицы, не осталось? Хочу в воду бросить, чтоб покислее была, в жару хорошо.

– Это ты дело придумал. – Крафт достал из кармана пучок и, не глядя, отдал Густаву. – Сам все не пей – нам оставь.

– Оставлю, будь спокоен.

Пока его спутники разглядывали пиратов, Густав достал припрятанный пучок сонного кочерыжника и опустил в кувшинчик вместе с зеленицей, затем сломал прутик и начал все быстро перемешивать.