Еще до того, как посетители покинули ее кабинет, миз Монтенегро абсолютно не светским жестом вытерла ладонью пот со лба и сделала движение в сторону коммуникатора. Но практически сразу опустила руку. Хм. Значит, намеревалась звонить не адвокату.
Стоило двери за ними захлопнуться, как Тайни поднялась на носочки и прошептала Алексу на ухо:
— Я правильно поняла, что алиби у нее нет?
Волоски у него на затылке встали дыбом.
Как выяснилось, шоу не закончилось. Миз Роул вошла в роль. Отлепившись от Алекса, которому после этого почему-то сразу стало холодно, она обратилась к секретарше:
— Анна, я хотела задать вам один приватный вопрос? — Тощая хозяйка приемной подобралась, как гончая перед прыжком.
Гениальный ход! Если кто и заметил украшение, так всевидящее око Анны. Секретарша огляделась, как секретный агент на явке, и так же тихо ответила:
— Вы знаете, да. На левой руке у нее было кольцо. На безымянном пальце, — сказала она, с трудом сдерживая возбуждение.
— Да вы что! — восхитилась Тайни, присела на стул для посетителей возле стола секретарши и подалась вперед. Анна важно кивнула, подчеркивая исключительную ценность и вообще исключительность выданной информации. — А не знаете, кто его подарил?
— Нет, — Анна вновь огляделась — видимо, этот жест был у нее в крови. — Но, судя по тому, что с рабочего аккаунта она копалась в белых перчатках и туфлях, она надеялась, что там всё всерьез.
— У вас есть возможность отслеживать рабочие аккуанты? — не удержался Коллингейм.
— Кто-то же должен контролировать, чтобы люди занимались на работе работой, — с видом оскорбленной невинности ответила секретарша.
'Тук-тук-тук', - вновь послышалось Алексу.
— Это очень ответственная миссия, — поддержала Анну китиарка. Детектив не стал бы ставить на искренность данного заявления.
— Увы. — Вот это было совершенно искренне. — Хотя некоторые полагали, что это Шелдон. Но Джордж на пять лет ее моложе! И давно с нею в исключительно деловых отношениях, — убедительно заявила секретарша. Правда, непонятно, кого она хотела убедить.
Как порой удачно ошибается наблюдательность в угоду желаниям наблюдателя, отметил про себя Коллингейм.
— И вообще, он не из тех, кто дарит бриллианты, — закончила секретарша. От фразы несло горечью личного опыта.












Комментарии
Добавить комментарий