Три!

Это было несложно. Император уже трогал контур Софии, и сейчас требовалось только изо всех сил сжать тонкую паутину, которая оказалась неожиданно податливой и упругой, словно человеческая кожа.

– Все. Агата, просыпайся и отпускай контур.

Молчание. Они вчетвером напряженно уставились девочке в лицо, и поначалу казалось, будто оно не меняется. Но потом Агата вздохнула глубже, и ресницы ее задрожали.

– Молодец, молодец! – похвалила наследницу Эн. – Давай, открывай глазки.

Медленно, вздыхая и облизывая сухие губы, Агата открыла глаза, которые сразу же заслезились.

– Отвыкла от света, – пробормотал Валлиус за спиной Арена. – Можешь зажмуриться, если тебе сложно. И разжимай пальцы.

Агата застонала, морщась, лицо ее исказилось, кулаки задвигались, но пальцы разжать у нее не получалось.

– Двое суток контур держала, неудивительно, – вздохнула Эн, наклонилась и стала помогать наследнице, массируя ее кулачки и аккуратно разжимая маленькие пальчики. – Умница моя! Вот сейчас все разожмешь, потом водички попьешь, съешь что-нибудь вкусное…

Арену и самому было больно смотреть, как мучается его маленькая девочка, но он ничем не мог помочь, мог только тоже начать разговаривать с нею.

– Зато ты спасла Софи, моя радость. Ты держала ее, поэтому тебе сейчас больно. Ты умница, и я тобой горжусь.

Агата замерла на секунду – и наконец разжала руки.

– Отлично! – обрадовалась Эн. – Ваше величество, держите, не отпускайте.

– Агата, мы сейчас сделаем тебе небольшое, скажем так, отверстие для выхода возле головы. Просунешь туда макушку, а дальше мы тебя подхватим и вытащим. Совсем несложно. Брайон…

Арен с изумлением наблюдал за тем, как Эн и главный врач госпиталя осторожно раздвигают в разные стороны светящиеся нити контура и скрепляют их металлическими зажимами, чтобы не вернулись на место.

– Просовывай сюда голову, – сказала Эн, прикоснувшись ко лбу девочки и направляя ее в сторону отверстия в контуре. – Вано, помогите вытащить.

Безопасник, склонившись, сначала потянул Агату вверх, аккуратно обхватив голову в районе ушей, затем переместил ладони под плечи и в конце концов вытащил наследницу наружу.

– Папа… – просипела Агата, пытаясь открыть слезящиеся глаза.

– Не волнуйся, моя радость, – сказал Арен тепло и спокойно, как никогда жалея сейчас, что не может обнять свою девочку. – Побудь пока с Вано, а потом и я приду.

– Софи… – Агата пыталась рассмотреть, что творится вокруг, морщилась – глаза открыть не получалось, а Вагариус в это время заворачивал наследницу в халат.

– Мы постараемся ее вернуть. Будь умницей, слушайся Вано и докторов.

– Айл Вагариус, уносите, – произнесла Эн немного нервно.