Сестры плотно закрыли дверь в палату и задернули шторы, чтобы репортеры не могли сфотографировать Пейдж и Алисон через окно.

В тот же день Тригви позвонил своему приятелю-журналисту и был потрясен тем, что тому удалось раскопать.

Оказывается, за три последних года Лора Хатчинсон четырежды лечилась от алкоголизма в знаменитой клинике в Лос-Анджелесе, но, судя по всему, безуспешно. Она, разумеется, поступала туда под вымышленными именами, но источник в клинике подтвердил, что это была именно она. Кроме того, в архивах патрульной дорожной службы сохранились записи о нескольких мелких дорожных инцидентах с ее участием и одной серьезной аварии в Мартас-Вайн-Яре, где она отдыхала. Обошлось без серьезных случаев, лишь однажды она сама получила сотрясение мозга. Пока удавалось замять все эти случаи и засекретить записи в архиве полиции. Однако другу Тригви удалось-таки добраться до них. Он сказал, что скорее всего ради закрытия этих сведений были использованы взятки, а может быть, и политические льготы. Тем не менее адвокатам ее мужа и людям из Республиканской партии удалось сохранить ее репутацию.

Чудовищно — только в этом году она убила шестерых человек, покалечила одного, одна лежала в коматозном состоянии, и ее собственный ребенок получил увечья.

К вечеру реакция общественного мнения достигла пика: члены организации «Матери против пьяных водителей» раздавали интервью и делали заявления, Чэпмены рассказали, какую жизнь оборвала Лора Хатчинсон и как она пыталась опорочить память их сына. Правда, представитель сенатора по связям с прессой продолжал утверждать, что тормоза в машине были не в порядке, как и рулевая колонка, однако это уже никого не могло убедить. Сама Лора Хатчинсон продолжала оставаться недоступной.

На следующей неделе известные телеведущие Опра и Донахью организовали беседы с семьями, где были жертвы при аналогичных обстоятельствах, а по новостям прошло фото Лоры Хатчинсон в темных очках, пробирающейся сквозь толпу журналистов в суд, где ей было предъявлено обвинение в непредумышленном убийстве при управлении транспортом в состоянии опьянения. Ее ждал приговор максимум в сорок лет тюремного заключения, и Пейдж считала, что вряд ли даже этот срок снимет с нее тяжкий грех.

Каждый раз, когда Пейдж видела Алисой, перед ее глазами появлялись Лора Хатчинсон и та незнакомая молодая беременная женщина, чью жизнь она прервала.

В середине недели пресса продолжала муссировать тему катастрофы. Репортеры беспрестанно интервьюировали Чэпменов и гонялись за Эпплгейтами, Пейдж и Тригви. Оператор новостей постоянно дежурил в отделении интенсивной терапии, а директор программы пытался убедить Пейдж разрешить показать Алисон по телевидению.