Ваш мятеж окончен. Вы проиграли, и твоей армии больше нет.

— И ты за это заплатишь! — прохрипел он.

— И ты приехал сюда, чтобы мне об этом сказать? Притащился аж в сам Гленншир, чтобы убить какую-то там Светлую? — усмехнулась уже я. — А не слишком ли мелкая месть для бывшего генерала бывшей Армии Справедливости?

— Потому что тебе не зачем жить на этом свете, — отозвался он, — как и всем мерзким Светлым, которых я убил слишком мало! Ну что же, очень скоро одной станет меньше.

Но я покачала головой.

— Тебе надо было уходить, — сказала ему. — Еще тогда, в той церкви в Нукке. Уходить, Сильвестр, и не возвращаться. Вместо этого ты повел за собой людей, задурив им головы бредовыми идеями, и тем самым обрек их на гибель.

Вдалеке раздался раскат грома. Первый за столько лет!

— Слышишь, это знак! — сказала ему. — Знак того, что даже Боги на моей стороне. Очень скоро пойдет дождь и смоет с земли все воспоминания о вас и вашем Темном бунте.

— Ты тоже скоро станешь всего лишь воспоминаем, Светлая! — заявил он, и под его рукой стали разгораться кроваво-красные магические вихри.

Его соратники не остались в стороне, собираясь прикончить меня сообща. И я смотрела на них, поражаясь собственному спокойствию. Даже сердце перестало заполошно стучать, словно оно знало то, о чем мне еще невдомек.

Быть может, поэтому я не слишком удивилась, когда рядом с крыльцом распахнулся портал, а из синих сполохов вышел Тайлор Бростон? Явился ко мне собственной персоной.

Пришел за мной как и обещал, потому что мы победили, и я ни в чем не ошиблась. Армия Справедливости разбита, бунт подавлен, и в Валор наконец-таки заживет в мире и согласии при короле Густаве Валороне.

Но сперва надо победить этих Темных у моего крыльца.

— Берегись! — закричала я мужу, накидывая на него защитное заклинание.

Но Тайлор не нуждался в моей помощи, принявшись методично уничтожать заговорщиков.

— Не вмешивайся, — приказал мне, уже сам накинув на меня магическую защиту.

И я не вмешивалась. Прижалась к стене, чтобы меня ненароком не зацепило шальным заклинанием, и, затаив дыхание, смотрела, как неведомые по своей силе молнии рвали защиту Темных на части. Как покатился по земле Сильвестр, после чего больше не спешил вставать. Так и лежал, уставившись в небо невидящим взглядом, а рядом с ним упал еще один мятежник.

С рук Тайлора слетали молнии, а вдали сверкали зарницы.

Я знала — и победа, и гроза уже близко.

— Одри! — Тайлор поцеловал меня — жарко, жадно — когда все наконец-таки закончилось. — Одри, слышишь, мы победили! Мятеж подавлен, войска Черных разбиты. Я пришел за тобой! Даже не пошел в монастырь… Знал, что найду тебя здесь, в твоем доме, как ты и сказала… Потому что ты опять меня не послушалась, мое непокорное сокровище!

И снова припал к моим губам.