Но если вспомнить, что в момент усыновления ребенок не понимал, как сложить простую пирамиду и сесть на горшок, нужно признать: приемные родители проделали гигантскую работу. Даже непонятно, как им удалось столь быстро социализировать очень больного мальчика.

После окончания девятого класса Борис поступил в медицинское училище и стал массажистом. В армию его из-за эпилепсии не призывали. Петр Олегович скончался, когда сыну исполнилось восемнадцать. Евгения Львовна умерла четыре года назад. Сейчас Иосиф Петрович Варламов работает по-прежнему мануальным терапевтом, он частный предприниматель.

Налоги платит регулярно, характеристики отличные. Среди постоянных клиентов Варламова сотрудники разных фирм, в том числе, что должно быть вам особенно интересно, работники издательства «Элефант».

Живет Варламов в паре километров от МКАД в местечке Бурково, более напоминающем деревню, чем город, в доме, который принадлежал его приемным родителям. Можно предположить, что дом очень много значит для Иосифа Петровича. Когда вблизи возводили гигантский автоград, где планировали торговать машинами, хозяева предприятия предложили бурковцам выкупить у них земельные наделы за приличную цену.

Народ согласился, не пошел на сделку один Варламов. Он остался на насиженном месте, построил огромный и страшно дорогой шумоизолирующий забор, отгородился от автоторговцев и живет по-прежнему в Бурково. Не женат. Детей не имеет. Как и друзей. Замкнут. Ночные клубы не посещает, отдыхать никуда не ездит. Работает целыми днями. Водит наглухо тонированный внедорожник. Клиентами характеризуется как хорошо воспитанный, интеллигентный, но закрытый человек. Следует учесть, что эпилептики иногда бывают злопамятны, мстительны, нелюдимы, недоверчивы, зацикливаются на реальных или выдуманных ими обидах. Данная справка является поверхностной и не может считаться психологическим профилем, материал разрабатывается».

Прочитав послание, я оторопела. Потом соединилась с Зарецким и, не поздоровавшись, спросила:

– Как вы догадались, что я вчера сообщила вам реальную историю, а не сюжет для новой книги?

– Доброе утро, Виола, – отозвался Иван Николаевич. – Ваш рассказ показался мне удивительным – ребенку было суждено не один раз умереть, но он выжил вопреки обстоятельствам.

Такое не выдумаешь, это точно случилось в действительности. А если автор решит использовать этот сюжет, редактор ему скажет: «Нет, это фантастика, придумайте нечто более правдоподобное». Вы, дорогая Виола, увлекающаяся личность, часто ввязываетесь в расследования, и я вспомнил, что на днях погибла Вера Филиппова, заведующая пиар-службой «Элефанта». Вам понятен ход моих мыслей?

А я никак не могла успокоиться.