Дежурный врач, переговорив с фельдшером, отправила Сергея в токсикологическое отделение.

– Что с тобой? – спросил вышедший к Козодоеву молодой кудрявый мужчина, похожий на цыгана. Если бы не белый халат и накрахмаленная шапочка, Сергей не стал бы отвечать на его вопросы – незнакомец ничем не напоминал ему врача.

– Я был на вечеринке, – неуверенно начал Сергей, – и меня отравили чем-то. Подсыпали яд в настойку.

– Раздевайся и иди в процедурный кабинет, – распорядился врач. – Промоешь желудок, сдашь анализы, а там посмотрим, что с тобой дальше делать.

В комнате, отделанной кафельной плиткой, Козодоев под присмотром медсестры выпил два литра воды с марганцовкой, прочистил желудок. Потом сдал кровь из пальца и из вены и почувствовал, что выздоровел. Больничная обстановка благоприятным образом подействовала на него без всяких лекарств.

В девять утра Сергея выписали.

– Скажи своей знакомой, чтобы она так больше не шутила! – сказал врач. – У тебя в организме, кроме ядов, оставшихся в результате распада этилового спирта, других вредных веществ нет.

До дома Козодоев добрался, когда на улице уже рассвело. Мать с сестрой, встречавшие Новый год у соседей, еще спали. Стараясь не шуметь, Сергей разделся и рухнул на кровать.

В первый день наступившего нового года ему в первый раз приснился реалистичный кошмар. События сна происходили в квартире Бурлакова. Как и в день убийства, Сергей выскочил с молотком из кухни, нанес хозяину квартиры удар по голове, но Бурлаков не упал, а повернулся к Сергею, схватил его за горло и стал душить. Из комнаты, где хранилась водка, раздался голос Мишки Быкова:

– Мы знали, что ты снова придешь сюда! Пришла пора поквитаться за мою смерть.

– Души его, Котик, души! – засмеялась в зале Кайгородова. – Я уже венок на его могилу сплела.

Здоровяк Бурлаков держал Козодоева за горло вытянутыми руками, как профессор Мориарти – Шерлока Холмса у Рейхенбахского водопада. Сергей пробовал разжать его мертвую хватку, но силы были не равны, и он начал слабеть и задыхаться. Теряя сознание во сне, Козодоев почувствовал, как кто-то тормошит его за плечо. Он открыл глаза и увидел перед собой склонившуюся над кроватью мать.

– Что с тобой? – встревоженно спросила Римма Витальевна.

– Дурной сон приснился, – пробормотал еще не пришедший в себя Сергей.

– Ты весь мокрый лежишь. Не заболел?

– Нет, мама, все в порядке. Это просто сон. Я еще посплю?

Он повернулся на бок, закрыл глаза и подумал: «Если бы она меня не разбудила, я бы умер. Задохнулся бы во сне. Приснится же такая чушь! Или это не сон, а расплата? Нет, я материалист и в сны о справедливом возмездии не верю. Да и не за что меня казнить – они сами во всем виноваты».