Кулаки сжимаются и разжимаются, и я готов разбить что-то, когда Игорь сообщает «Он хотел забрать вашу бабу».

– Мою бабу? – я ошарашен, а Игорь неловко кашляет и клянётся, что это всего лишь цитата, сам-то он безмерно уважает Тину Романовну.

Допустим, пиздит, но сейчас не в этом суть.

– Ладно, отбой, – бросаю, ледяными пальцами сжимая трубку.

– Ещё кое-что, – оживляется Игорь. – От надёжных источников, сами знаете где, прилетела весточка. Начальство у ментов меняется. Есть мнение, что могут быть проблемы.

Поднимаю глаза к чужому незнакомому небу, где даже облака плывут иначе, задерживаю дыхание и с шумом выталкиваю воздух из лёгких.

– Отбой, – повторяю и запихиваю телефон в карман.

Ментовское начальство меня волнует, но не в первый раз у них кадровые перестановки, разберусь. Другое дело Алиев. Не зря я этого щенка с детства не перевариваю – гнида он.

Самое паршивое, что снова начнётся война. Когда я заменил отца, пролилось много крови, но после всё устаканилось, город зажил мирно, чётко работал распиленный бизнес. Но Алиев-младший – резкий и злой, ему мало своего куска пирога, ему нужен и мой.

“Он хотел забрать твою бабу”.

Зачем? Зачем ему Тина? Чтобы мне отомстить? Или таким образом решил сам стать наследником её состояния?

Ещё так не вовремя пропал Архипов, и всё это кажется звеньями одной цепи.

Перед глазами мелькают картинки недавней свадьбы. Горящий взгляд Рустама, которым провожал Тину, похоть в нём, одержимость какая-то Он хочет мою жену – Тину сложно не хотеть, уж слишком красивая. Но хочет ли она его?

В голове бродят нехорошие мысли. Что Тину с Рустамом может что-то связывать. Что-то, о чём я не знаю. Может быть, она не настолько невинна, как хочет показаться? Может, её лёгкое согласие на брак со мной – часть какого-то плана?

Ай, мозги вскипят! А ещё ревность, с которой не могу справиться.

Она вскипает во мне, течёт по венам огненной рекой, туманит разум.

Влетаю обратно в домик, да так и замираю на пороге. Тина с распущенными волосами стоит рядом с чемоданом и держит в руках разноцветную тряпку. Оборачивается на звук, в глаза мне смотрит с любопытством.

– Плохие новости? – она даже улыбнуться пытается, и это почему-то бесит.

Швыряю телефон на кровать, и аппарат, словно в замедленной съемке, подпрыгивает, с глухим стуком на пол приземляется.

– Отвратительные новости.

В два шага рядом оказываюсь. Сдерживаю себя, когда подбородок её поддеваю, заставляю в глаза смотреть. Мне ничего не стоит сломать ей шею, но, когда дело касается Тины, я не хочу быть грубым. Но мне нужен ответ, который будет не в словах, а на лице её написан, в глазах отразится.

– Тина, я сейчас задам тебе вопрос, а ты на него ответишь честно. Если соврёшь, я сразу пойму.

Не понимает, но и не вздрагивает, не трясётся испуганно.