В очередной раз, когда её всполох рассеялся раньше моего, Таня разозлилась. Выхватила small wand, одним движением выписала Знак Огня и запустила его над волнами. К её удивлению, деланная фигура не просто обогнала мой всполох, но и пролетела раза в три дальше.

— Костя! Чего это он⁈

— Чему ты удивляешься? Деланное волшебство более энергоэффективно. Посмотри на всполох — он даже по форме напоминает Знак Огня. Но структура у него рыхлая, много эфира тратится впустую, рассеиваясь и превращаясь в перегар.

— Значит, деланная магия совершеннее?

— Не сказал бы. За всё приходится платить. Таланты платят огромным расходом силы за быстроту создания заклятий. Деланные маги — временем и гибкостью за сверхэффективность.

Таня задумалась, переваривая мои слова.

— А можно ли их объединить? Чтобы сразу и быстро, и эффективно?

— Кто знает? — я пожал плечами. — Для этого надо понять саму сущность эфира, сформулировать единую теорию магии и её законы. Тогда, быть может, мы сумеем создать нечто совершенное, какую-нибудь универсальную магию. Но пока, увы, никто не брался за такую сверхзадачу.

— Жаль, очень жаль.

— Всё, хватит о теории. Возвращаемся к практике: по очереди запускаем знаки и пытаемся на лету сбить их всполохами.

Таня вздохнула, и мы продолжили тратить эфир, оттачивая заклятья.

* * *За время плавания мы не раз видели другие корабли. И рыбацкие лодки, и купеческие корыта, и стремительные пиратские судна. Последние к нам не приближались: Роспильози велел вывесить на мачте какой-то флажок с хитрой загогулиной, и он послужил пропуском для нашего корабля.

— Знак морского братства? — спросил я Медведя.

Тот пожал плечами и не стал ничего объяснять. Несмотря на его расположение ко мне, он не спешил раскрывать пиратские секреты. Или не мог — кто знает, какие клятвы он давал, вступая в бандитское общество.

Трое суток потребовалось «Юной Амелии», чтобы добраться до Бенгази. Корабль встал на рейде, не заходя в порт, и Роспильози объявил, что мы отправляемся в город.

— Прошу простить, милая Татьяна, — Роспильози состроил печальное лицо, — но вам придётся пока остаться на корабле. Здесь появление европейской женщины, к тому же такой прекрасной, привлечёт ненужное внимание. Слишком дикий тут народ! Могу гарантировать — через час вас уже будут пытаться украсть.

Таня сделала вид, что она и не собиралась на берег, и ушла в каюту.

— А тебе, князь, надо переодеться во что-то более подходящее.

Матрос принёс целый ворох одежды. Синие бесформенные шаровары, простую рубаху, расшитый бисером жилет с рукавами до локтей и чалму — круглую шапку, обмотанную по кругу тканью в десяток слоёв. Напялив на себя этот наряд, я стал похож на пирата, причём самого бандитского вида.