Вам бы тоже не помешало взглянуть — очень поучительное зрелище.

А Киж и Роспильози перешли в ту стадию, когда бойцы уже не видят никого, кроме противника. Медведь стал выдыхаться, удары его потеряли былое изящество, он стал спотыкаться, но сдаваться не собирался. А Киж был по-прежнему свеж, лыбился и успевал материться по-русски между ударами. И, судя по всему, Роспильози прекрасно понимал, что именно ему говорят.

— Дмитрий Иванович!

Мне пришлось несколько раз позвать Кижа, чтобы тот услышал и ответил.

— Да, Костя! Сейчас уже заканчиваю!

— Мне он нужен живым и более менее целым. Сможешь?

— Обижаешь! Сделаю!

Медведь зарычал во всю мочь и кинулся в последнюю атаку. Его клинок чуть не перерубил Кижа пополам, но тот увернулся в последний момент. Ловким ударом мертвец выбил оружие у противника и скакнул вперёд. Подпрыгнул и ударил Роспильози лбом в лицо.

Что-то хрустнуло. Медведь свёл глаза к переносице, зашатался и медленно стал оседать на землю.

— Dio porco! Non me ne frega un cazzo… Stronzo…

— Как и просили, Константин Платонович, — Киж улыбнулся. — Отлично развлеклись.

— Да, неплохо. — Я обернулся к морякам и указал пальцем на самого целого. — Тащи воду!

— Зачем, синьор? — он выпучился на меня и захлопал глазами.

— Будем приводить в чувство вашего Медведя. Не оставлю же я благородного синьора лежать ночью на земле, будто бродягу.

— Не надо воды, синьор! Для этого есть вино! Едва наш Рыжий Медведь почувствует запах молодого вина, он сам очнётся!"

"Похоже, ватага отправлялась на встречу с нами как на увеселительную прогулку. Так что бутыли с вином нашлись под ближайшим деревом, откуда их и принесли. Сами же моряки, почувствовав, что драка закончилась, начали сползаться обратно, хоть и держались от нас с Кижом на расстоянии. Но, видя, что мы не собираемся убивать их патрона, а даже пытаемся вернуть его в сознательное состояние, стали помогать.

Роспильози усадили возле дерева, вытерли кровь с лица и начали шлёпать по щекам. Тот мотнул головой раз, другой и застонал. Не открывая глаза, он выхватил ближайшую бутылку и приложился к ней, за раз выхлебав половину.

— Кто бы ты ни был, — Роспильози открыл глаза и покосился на Кижа, — ты настоящий дьявол. Мечом владеешь, как ангел, выгнавший Адама из Рая.

Киж довольно ухмыльнулся.

— Будешь вежливым — и тебя так научу.

Я присел на корточки напротив Роспильози и посмотрел ему в глаза.

— Успокоился? Теперь мы можем поговорить, Медведь?

Он захохотал, запрокинув голову.

— Можем, синьор колдун. С такими драчунами грех не поговорить о настоящем деле.

Я протянул ему руку, и он без колебаний принял её.

— Только в другом месте, синьор колдун. Эта роща не подходит для беседы.