Жуткое, должен сказать, зрелище — я чувствовал себя букашкой у ног громадной статуи. Величественной и драгоценной, сотканной из кружевного золота и светящихся камней. В это мгновение и правда верилось, что это та самая богиня, от которой произошло всё живое, хозяйка судеб и управительница вселенной. И в то же время я знал внутри себя: это всего лишь иллюзия, идол в позолоте, непрочный колосс на глиняных ногах. Толкни его — и он рухнет с грохотом, рассыпаясь в прах.

— Внимай мне с почтением и обожанием! Ибо прозвучат эти слова только раз и никогда боле не повторятся.

Правая рука опустилась и указала пальцем на меня.

— Перейди на мою сторону, Бродяга. Стань моим орудием против своей госпожи, стоящей в смертном тумане. Не дай ей уничтожить сестру мою Гекату, и я щедро награжу тебя. Больше, чем ты мог когда-либо мечтать! Клянусь, я и Геката вернём тебя обратно, откуда ты пришёл. Дадим тебе тайное знание, дабы возвысился ты над всеми тварями и людьми. Сделаем тебя великим правителем и научим бессмертию! Ты станешь владыкой мира и первожрецом! Мужчины будут умирать по твоему слову, а женщины мечтать ночами понести от тебя ребёнка. Всё получишь ты, если отвергнешь старые обещания и принесёшь клятву мне!

Исида смотрела на меня из мрака, и рядом с ней покачивался лик Гекаты с чёрными глазами. Они кивали и протягивали руки, маня к себе. Картина «Искушение некроманта», холст тьмы, масло обещаний.

* * *Всё же они были богинями до того, как стать Павшими, причём далеко не последними по силе, а, может быть, в чём-то и первыми. Скажу честно — противостоять им оказалось очень непросто. Их слова лезли в голову, проникали в душу и шептали, шептали, шептали… Я барахтался в искушении, будто пловец в бурном море, захлёбываясь и едва не сдаваясь."

"— Решайся, некромант! — громыхнули голоса. — Решайся сейчас, другой попытки не будет!

В этот момент, почти утонувший в щедрых искусах богинь, я нашёл опоры и устоял. Вспомнил обещание Хозяйке, вспомнил Таню и учеников, Злобино и всё то, что я делал. И ощутил рядом с собой Анубиса — человек с головой шакала стоял справа от меня, щерился зубастой пастью и улыбался. Его рука коснулась моей и вложила в ладонь тёплую рукоять оружия. Я не видел его, но точно знал: это золотой хопеш. Древний египетский меч, похожий на серп. Острое и безжалостное оружие, которым Анубис когда-то снял шкуру со своего божественного противника. И он делился им со мной в самый ответственный момент.

— Я услышал тебя, Исида. — Мне удалось поднять голову и заглянуть ей в глаза. — И вот тебе мой ответ.

Я сделал паузу, набирая в лёгкие воздух.

— Нарушивший клятву раз — недостоин никаких обещаний. Ты можешь обещать мне хоть всю вселенную, но я не приму ничего из этого. Моя верность не покупается.