Может, и формулу напишите?

– Тогда прошу к доске.

– А характеристики узловых точек вам известны?.. – спросил Тэян, когда я закончила выводить формулу.

За парту я вернулась лишь через несколько минут. Чувствовала себя опустошённой – меня внезапно фактически проэкзаменовали. Повезло, что мы в академии несколько дальше продвинулись в изучении данного предмета, а на плохую память я никогда не жаловалась. Хотя заученные формулировки сходу переводить на чонрэйский было нелегко. К тому же внезапно оказалось, что я не знаю ряд специальных терминов…

– Что ж, Стася, в целом с предметом вы знакомы. Но настоятельно советую подучить терминологию и впредь не путаться.

Вот и ещё одна головная боль. Кажется, я была излишне самонадеянна, когда посчитала, что раз с детства свободно говорю на чонрэйском, то проблем с обучением на этом языке не возникнет. Не то чтобы у меня обнаружились чудовищные пробелы в знаниях, но в специализированные словари и справочники придётся залезть.

Сина подошла ко мне на перемене.

– Я бы тебе и так помогла, – смущаясь, сказала она. – Но в моей ситуации…

– Я всё понимаю, – поспешила успокоить девушку. – Если есть возможность аннулировать пару штрафных баллов, то, конечно же, надо ей воспользоваться.

Соседка кивнула и неуверенно улыбнулась.

Знать бы ещё, намеренно Сина отправила меня в мужскую уборную вместо женской, или это я что-то напутала? Но ведь прямо не спросишь…

На следующем уроке я опять села за парту к Вэйну. Выбора особого не было: либо садиться за одну из пустующих задних парт, либо за переднюю к нелюдимому отличнику. К слову, он и правда оказался весьма умным парнем – с ходу решал сложные задачи, без запинок отвечал на каверзные вопросы преподавателей.

Разумеется, каждый учитель посчитал своим долгом оценить мой уровень знаний. Во всех случаях проверка прошла успешно, за исключением лоссайского языка – вот там я, наконец, дала повод сокурсникам вдоволь посмеяться надо мной.

Седой упитанный лоссаец задал несколько вопросов на своём языке. Увы, из всей тирады я поняла лишь пару слов.

– Учитель, к сожалению, я совершенно не знаю лоссайский.

– Как? Совсем не знаете? Не поняли ни одного вопроса? – нахмурился Карл Аргус и удивлённо воззрился на меня.

– Э-э-э… кажется, вы просили рассказать о себе?..

Преподаватель шумно вздохнул и покачал головой. В классе послышались смешки.

– Студентка Анастасия Велецкая, и как в таком случае вы собираетесь сдавать экзамен?!

– Возможно, я могу изучать другой иностранный язык?..

Лицо Карла Аргуса скривилось.

– Тиллинский начинают изучать только на третьем курсе.

– Я знаю тиллинский.

– Поговорите с куратором курса. Возможно, он сможет решить вашу проблему.