Но почему ей так хорошо? Его губы двигались по ее губам, его руки опустились на ее шею. Тина почувствовала, как шелковые лямки спали с плеч и платье соскользнуло на пол. Теперь прохладный воздух ласкал ее обнаженную грудь. Тина почувствовала, как его руки скользят по ее голой спине, словно притягивая к нему. Она почувствовала желание…

Освободив Тину от платья, Лука на руках отнес ее на кровать. Всего три шага, а его грудь вздымалась, как будто он пробежал марафон.

Он смотрел на нее, лежащую на кровати, снимая с себя одежду и буквально пожирая глазами ее тело, едва прикрытое тонким, как паутинка, шелковым бельем. На ней все еще были туфли на каблуках и серьги.

Тина не могла оторвать глаз от него, от совершенной формы мышц и мощной эрекции. Потом Лука встал перед ней на колени, снял с нее одну туфлю, затем другую. И, целуя ей ступни и скользя руками по стройным ногам, снял с нее оставшееся белье.

— Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, — тихо сказал Лука, — как ты невероятно хороша в сапфирах?

Тина была уверена, что запомнила бы, если бы кто-то сказал нечто подобное. Но сейчас не было никакого желания копаться в воспоминаниях.

Лука опустил голову и начал ласкать языком ее грудь, проводя им по кругу вокруг соска, руками с широко расставленными пальцами он проводил по ее телу, начиная от шеи, спускаясь к животу и коленям. Он проводил пальцами по ее бедрам, не упуская ни одного участка женского тела, не оставляя ничего воображению. Благодаря его жарким прикосновениям Тина словно таяла в его руках, готовая раствориться в нем.

— Скажи мне, что ты хочешь меня, — промурлыкал Лука.

— Я тебя ненавижу, — прошептала Тина.

— Скажи мне, что ты хочешь меня.

— Я хочу тебя! — Исповедь сорвалась с ее губ. — Я хочу тебя сейчас! — Тина почти кричала, плача.

— Ты должна ненавидеть меня почаще, — пошутил Лука, как только Тина вернулась в реальность.

— Так и происходит, — сказала она, тяжело дыша и ненавидя его за способность доставлять ей безумное удовольствие.

— Хорошо, — сказал Лука.

Он перевернулся на спину, согнул расслабленные ноги, аккуратно перевернул Тину на живот и подвинул к себе, и, прежде чем она поняла, что происходит, погрузился глубоко внутрь.

Шок лишил ее дара речи, а затем Тина услышала крик. Лишь через несколько секунд она поняла — этот крик вырвался из ее собственной груди. А потом настала очередь Луки, он двинулся вперед в последний раз и остался внутри партнерши, той, которая его ненавидит.

Они словно слились воедино, в один большой огненный шар. Лука последовал за ней через край пропасти и поймал ее там в совместном падении.

«Я ненавижу тебя, — подумала Тина, когда он рухнул рядом и прижал ее к себе. — Я ненавижу тебя. Я должна тебя ненавидеть».