– Знаете, Агния Кирилловна, все это разговоры в пользу бедных: когда люди начинают делить детей, они похожи на генералов враждебных армий, а на войне, как известно, все средства хороши.

– Значит, Шилов, мы воюем? – уточнила я.

– Ну… э-э… – он перевел взгляд с меня на Шабеса в попытке решить, чью сторону принять.

– Я думала, мы всегда сумеем договориться, – продолжала я. – По крайней мере, раньше получалось. А теперь насчет этой бумажки, – я ткнула пальцем в распоряжение. – Анюта – младенец, она не может обходиться без матери!

– Правда? – переспросил адвокат.

 – А разве вы все это время были с дочкой? Насколько я помню, мы с Олегом Валентиновичем застали девочку с няней, а вас поблизости не наблюдалось!

Теперь уже я терялась в поисках ответа. Что ни говори, Шабес прав, и я действительно не сижу с Анной, как наседка. Когда Дэн был маленьким, роль сиделки выполняли мои родители. Однако я всегда задавалась вопросом: а как справляются работающие мамаши, у которых нет возможности поручить детишек родичам? Должно быть, это чертовски тяжело, да и молодые бабушки и дедушки не обязаны жертвовать своими карьерами ради того, чтобы сидеть с внуками.

Теперь у меня появилась возможность оставлять Анечку с квалифицированной няней, и я уже не представляла, как жила бы без ее помощи! И именно это адвокат Шилова пытался поставить мне в вину.

– Вы хотите сказать, – начала я, – что тоже наняли работника с соответствующей квалификацией, чтобы ухаживать за моей дочерью должным образом?

– Разумеется, – кивнул адвокат. – Вам предоставить ее рекомендации?

– Отлично, – улыбнулся он так, словно я была его любимой клиенткой.

 – Тогда встретимся завтра: надеюсь, когда вы увидите бумаги, ваши последние сомнения отпадут. С завтрашнего дня Олег Валентинович будет забирать девочку на выходные.

Они быстро зашагали прочь, к припаркованной у обочины машине Олега, а я осталась стоять на дорожке, ведущей к дому, в компании встревоженной Антонины.

– Агния, – она робко коснулась моей руки, – разумно ли это?

– Что? – еще не совсем соображая, что к чему, переспросила я.

– Ну, отдавать им Аннушку: она ведь такая маленькая, а там эта женщина… Может, я лезу не в свое дело, но…

Черт, а ведь я об этом совсем не подумала! Шилов женился на той бабе, так? Значит, моя дочь, получается, будет все выходные находиться с ней рядом? А вдруг ей вздумается что-нибудь сотворить с ребенком, который остался от прошлой жизни ее нового мужа?!

Нет, надо определенно что-то с этим делать… Только вот что? Я нашарила в сумке телефон и набрала Абель.

Лицкявичус предлагал освободить Леонида от дела, тем более что ниточки, предоставленные так называемыми пострадавшими, никуда не вели.