– Киру? Так она же вроде удавилась?

– Да нет, – отмахнулась первая женщина, – газом она отравилась. Это ведь я полицию вызывала – не продохнуть в подъезде было! Так она что, не сама… того?

– Выходит, не сама, – подтвердил Карпухин. – Сын у Шемякиной, говорят, наркоманил?

Та, что помоложе, закивала.

– Он и сейчас колется… Кстати, меня Софьей Ивановной зовут, – спохватилась она. – Это вот – Марина Евгеньевна, а это – Аглая Степановна.

– Очень приятно… А когда вы его последний раз видели?

– Стаса-то? Да, по-моему, за пару дней до того, как Киру обнаружили. Они, как обычно, поскандалили… Видите ли, – доверительно наклонилась она к Артему, – я прямо под ними живу, а перегородки тонкие, вот и «наслаждаюсь» иногда семейными сценами.

– Киру жалко! – сокрушенно покачала головой Аглая Степановна. – Намучилась она со Стасом – сил нет! Как связался он с этой компанией, так и началось: вещи из дома продавал, деньги у матери цыганил, а как давать перестала, так он и руку на нее поднимать начал…

– Я полицию несколько раз вызывала, – подтвердила Софья Ивановна, возвращая себе главенство в беседе. – Сильно он, конечно, Киру не избивал, но толкать – толкал, а однажды даже пихнул так, что она упала на стеклянный столик и руку распорола чуть не до кости – вот был ужас! До того дошло, что Кира перестала деньги дома хранить. Не знаю уж, где держала, но только Стас все ценное из квартиры вынес, а новое она покупать боялась – понимала, что сынок быстро ноги обновкам приделает!

– Да, беда с ними, с наркоманами, – поддержала приятельницу до сих пор молчавшая Марина Евгеньевна. – Уж сколько раз Кира его лечить пыталась, да все без толку!

– У Киры вообще судьба несчастная была, – закивала Софья Ивановна. – Муж бросил, а на зарплату медсестры не больно-то ребенка поднимешь – она сутками в больнице пропадала, чтобы этому оглоеду сносное существование обеспечить – и вот его благодарность!

– А ведь он не был таким, – вставила Аглая Степановна. – Приличным мальчишкой рос, в секцию бокса ходил…

– В секцию бокса? – заинтересовался подполковник.

– Ну да, у него даже вроде бы юношеский разряд был… Представить страшно, что могло случиться, если бы не авария!

– Какая такая авария? – насторожился Карпухин.

– Да свет во всем квартале отключили, вот какая!

– Во сколько произошло отключение?

– В восемь двадцать. Я помню, потому что передачу о собаках смотрела по каналу «Моя планета», а они раз – и вырубили все! А у Киры, оказывается, в это время квартира газом наполнялась. Если бы кому-то вздумалось включить свет…

– А кто бы мог это сделать?

– Ну, Стас мог… Он, правда, в последнее время редко дома бывал. А еще Афанасий, бывший ее. У него свои ключи есть.