– В сумочке два билета до Куала-Лумпура, вылет сегодня ночью. Нам просто нужно продержаться несколько часов…

– Что делать с ней? – кивнул он на меня, и я похолодела: неужели Шилов согласился с этой психопаткой? Я знаю, что он ничего не желал так сильно, как получить нашу дочь, но…

– Да ничего! – ответила между тем Анна. – Продержать ее тут, пока самолет не взлетит, а потом нас никто не остановит!

– Агния, – обратился ко мне Олег, – ты слышала? Мы не причиним тебе вреда, просто свяжем, а из аэропорта я позвоню в полицию, и тебя освободят!

– Шилов, ты сошел с ума! – пробормотала я, пятясь к дверям. – Я не успокоюсь, пока не верну дочь, неужели ты не понимаешь? Как вы собираетесь вылететь с ребенком, ведь надо оформлять дополнительный загранпаспорт…

– А я уже все сделала! – торжествующе заявила Анна. – Вы даже не представляете, как быстро можно все оформить, если есть деньги и нужные связи!

– Ты не можешь так со мной поступить! – пыталась увещевать я бывшего мужа. – Сначала адвокаты-стервятники, теперь… Ты хотя бы осознаешь, что это – похищение?!

– Ничего подобного, – возразил он. – Я – отец, а значит, не могу считаться похитителем! У тебя есть Дэн, а Аннушку отдай мне – ты ведь понимаешь, как она для меня важна?

– Что ты несешь, Олег?! Аня – моя дочь…

– Наша, – поправил Шилов. – Она – наша дочь, но в этой стране, к несчастью, закон на стороне матери… Даже если она не соответствует этому высокому званию, – добавил он.

– Правильно! – обрадованно поддакнула Анна. – Вот увидишь, мы будем счастливы – настоящая семья!

Слава богу, вся эта сцена заставила эту женщину вернуться в комнату, и я больше не боялась, что она уронит мою дочь с балкона на асфальт. По крайней мере, Анютка останется жива!

– Принеси веревку из кухни, – попросил Анну Шилов. – Положи ребенка на диван!

Женщина подчинилась и, уложив девочку, по-прежнему крепко спавшую, скрылась за дверью.

– Быстро, бери Аню и уходи! – тихо сказал Олег. – Я с ней разберусь!

Не веря своему счастью, я бросилась к дивану.

– Нет! – раздался надрывный крик, в котором смешались боль и обида. – Почему ты отдаешь нашего ребенка этой женщине, Олежка?!

Анна стояла в дверях с мотком шпагата в руках, на ее лице застыло отчаяние. Загородив нас с дочкой, Олег обратился к жене:

– Аня, ты не понимаешь, что натворила! Я знаю, почему ты это сделала, ты не виновата. Виноват только я!

– Но мы… я же хотела, чтобы мы были вместе! – прошептала Анна, и я поняла, каким-то шестым чувством, что с самого начала никакой опасности не было. Эта женщина не причинила бы вреда нашему ребенку.

– Мы и будем вместе, – пообещал он. – Я никогда тебя не оставлю!

– Правда? – робко переспросила она. – Ты… меня не бросишь? Даже после всего?

– Конечно, нет, – ласково ответил Шилов.